Я подскочил к противнику ближе, вновь выстрелил. На этот раз целился в глаз. Это самое уязвимое место. Но… не для метаморфа! Пуля пробила хрупкую плоть, брызнула склизкая жидкость. Но монстр тряхнул башкой, и новая пар глаз появилась на лбу!

— Твою мать! — только и успел выдохнуть я.

Мощная лапа с невероятной скоростью махнула — и меня откинуло к стене. Я даже не успел понять, что случилось. Вот я стою перед монстром — и вот уже лежу в пыли, скорчившись от боли.

Монстр направился ко мне, чтобы добить. Спасла Славия. Она встала между мной и монстром. И атаковала. Сложная техника владения катаной помогла только лишь выиграть время. Но не причинить вреда монстру. Подключились солдаты. Все разом ударили прямо в голову, но метаморфу было словно безразлично на это.

«Тут что-то другое, — подумал я, смахивая с глаз кровавую пелену боли. — Мы не можем причинить ему вреда. Но слабое место должно быть и у него. Нужно только понять какое».

Я внимательней присмотрелся к монстру. Тварь явно создана с помощью магии — лоскуты магических конструктов были аккуратно и весьма искусно сплетены друг с другом. Скрепляющие формулы тоже прощупывались, но очень слабо — сумрачный создатель знал свое дело.

Мысли обожгли, как обжигает холодное, долго пролежавшее на морозе железо. Я вдруг понял, как можно победить метаморфа. Только эта идея мне не понравилась. Очень сильно не понравилось.

Мы не можем убить или даже навредить метаморфу лишь по одной причине — магические конструкты, из которых сплетена тварь, не восприимчивы к иным конструктам. Но вот если ударить чем-то похожим, то можно создать резонанс, который может нанести вред противнику. Подобное подобным. Известная старая хитрость. Только вот создавать магические инсекторские заклятия у меня не было никакого желания. А еще опыта и умения. Одно неловкое движение — и я могу сам превратиться в нечто подобное, что сейчас стрекотает передо мной клешнями и жвалами.

Но выбора нет.

— Славия! — крикнул я. — Задержи тварь! Отвлеки!

Повторять девушке два раза не нужно. Она тут же подскочила к метаморфу и ввязалась в плотный бой. Солдаты из отряда тоже поддержали плотным огнем.

Я окунулся с головой в сложные формулы, расплетая их, с трудом сдерживая рвотные позывы от вони, которая исходила от символов. У инсекторов и магия такая же — гадкая, ядовитая, мерзкая.

Удача! Достаточно быстро удалось найти ключевую точку связки. Но вот едва я расплел ее, как радость тут же сошла на нет. Повторить элементы не получится — понадобится слишком много сил. Они у меня, конечно, есть, но только если я задействую их, то не смогу дальше даже века поднять — нужно использовать все, что есть, до конца.