Авдеев глянул на гусеницу. Произнес:

— Ну что думаешь, Иннокентий?

— Шпагин и арахниды — заодно, — внезапно произнесла гусеница гундосым дребезжащим голосом.

— Это я знаю, — кивнул Авдеев. — Наши шпионы доложили уже мне об этом. Правда были они не аккуратны. Этот парнишка убил их. Представляешь⁈ Сильный малый, не до оценивал я его раньше.

— Нужно собирать армию, — прогундосила гусеница, принявшись жевать второго паука.

— Зачем? Я думал разобраться с родом Шпагиных одним отрядом. За ними никого нет, можно легко с ними разделаться. Постой… Ты думаешь, что арахниды пойдут за них⁈ Эти мерзкие пауки! От них можно ждать любой подлости и неожиданного шага. Только вот зачем им за Шпагина заступаться? Они тоже не хотят впустить Искариота? Ну конечно, это же на поверхности! Иннокентий, ты всегда зришь в самую суть!

Гусеница отчетливо рыгнула.

— А что насчет Искариота скажешь? Он действительно вырвался? Или это были какие-то ложные сигналы? Погрешности магов?

— Он еще придет, — проскрипела гусеница.

— Верно, — задумчиво произнес Авдеев. — Придет. И свершиться пророчество нашего рода истинных инсекторов.

— Тебе только нужно расчистить ему путь.

— Твоя правда, Иннокентий. Ты как всегда прав. Я расчищу ему путь — уберу и арахнидов, и Шпагина, как когда-то убрал и его отца. Правда опоздал. Тот успел запереть Искариота. Но ничего. Больше такой ошибки я не совершу.

Авдеев досадливо ударил себя кулаком по коленке.

— Но его плен — это временно. Ни один замок еще не смог закрыть навсегда Искариота. Он вернется. И знаки об этом уже есть.

— Курить, — прогундела гусеница.

— Сейчас, — торопливо произнес глава инсекторов.

Он достал сигарету, неумело прикурил, бросил в аквариум. Гусеница медленно подползла к сигарете, обхватила ее маленьким ртом и принялась обсасывать, надуваясь от дыма.

— Хорошо! — через несколько минут произнесла она, выплевывая окурок и выпуская целый столп сизого дыма.

Авдеев закашлялся, сморщился, но ничего не сказал.

— Искариот придет, — произнесла гусеница, сворачиваясь в клубок и затихая.

— Придет… — эхом повторил Авдеев.

На его лице играла зловещая улыбка.

* * *

Перемещение в портале было стремительным, почти мгновенным, но я успел почувствовать целый букет эмоций — от радости, до странного отстраненного состояния. Организм мой явно не знал, как реагировать на столь необычные ощущения. Но поверх всего этого в голове крутилось совсем другое.

Искариот. С ним было все непонятно. Исчез ли он с нами? Вроде исчез. А где тогда появился? В том же мире, где и мы? Это вряд ли, потому что ведьма сказала, что не почувствовала другой чужой силы, кроме нас. Значит, остался в нашем мире. А это ничем хорошим не сулит. И даже странная атака инсекторов на меня, которые объявили мне войну, сейчас меньше беспокоила, чем этот самый Искариот.