— Не первый раз. Желающих на земли всегда предостаточно, — язвительный птичий клекот царапал сознание.

— Что-то я не видел очереди на проклятые земли за сто тысяч лет, — задумчиво проговорил Комаро, перебирая лапками. — Может, не рассмотрел? Ах да, там же ещё и божественные дары не действуют, вот же незадача какая! И прорывы изнанок регулярные. М-м-м! То-то желающих будет самоубиться, если даже армия не может с тварями совладать!

— Прекрати паясничать! — не выдержал Кречет.

— А ты прекрати идиотом прикидываться! — отозвался Комаро, смело глядя в глаза птичке побольше его размером раза в два. — Твоя молодёжь распоясалась, так приструни! И виру пусть по закону выплатят.

— Я подумаю, — нехотя ответил Кречет.

— Подумай, — Виноград лениво наращивал лозы, пока полностью не оплёл дуб, на котором сидела птица, оставив ей небольшое оконце для вылета. — Если будешь долго думать, то жди с такими же претензиями Гончую и Медведя.

— Не смей мне угрожать! — боги его знают как, но Кречету удалось прошипеть эти слова, когда он сорвался с ветки и вылетел прочь из виноградной западни.

— А я не угрожаю. Я предупреждаю, причём лично, — прошелестел Виноград и втянул в себя лозы. — Как сказала твоя малолетняя Змеюка Кречетовна: «Меня устроит, если противник понесёт репутационные потери!» Нас устроит то же. Думай.

Комаро и Виноград покинули утёс. Свои резоны они предъявили, а скорого ответа ожидать не стоило. Кречет, как и любой бог, не любил, когда лезли в его дела. Но здесь ситуация щекотливая, а потому оппоненту придётся разобраться со своими последователями. Конечно, такой реакции, какая была у Синего Кита в отношении королевы Дании, никто не ожидал, но приструнить молодёжь нужно было.

* * *

Предложение Кёпеклери не было лишено смысла. Правда, как показала практика, клятва служения не смогла уберечь род Гончих от вероломной попытки уничтожения правящим родом. Эту информацию я почерпнул из справки, представленной Арсением после введения Ксандра в род Кёпеклери. Об этом я не рискнул спрашивать у Махмуда, но тот и сам понимал мои сомнения.

— Юноша, вас и так уже пытались убить не раз, так в чём разница? Право на самозащиту подразумевает увеличение опасностей.

В этом он был абсолютно прав.

— Почему вы последовали за нами? В чём ваша выгода? Вы же уже отдали долг, — всё же решил я прояснить мотивацию санджакбея Трапезунда.

— Я принял в род сына не на словах, а на деле, — пожал он плечами, — а он нашёл свою волчицу, хотя пока ещё и не осознаёт этого. Что же касается долга… — Махмуд улыбнулся в седую бороду, — в данном случае вы оказали мне услугу, решив одну весьма щекотливую для меня проблему. Поэтому долг мой лишь возрос. Я это говорю как человек чести и постараюсь хотя бы частично отплатить вам опытом. Надеюсь, что у императора хватит ума не использовать силовые методы убеждения в присутствии иностранных подданных. Золотое правило всех правящих династий: «Не выносить сор из избы» никто не отменял.