— Нет.

Удерживая в ладонях цветок, женщина с трудом смогла оторвать от него взгляд.

— Приходите завтра, Михаил Юрьевич, — видно было, что слова даются ей с трудом. — Всё будет готово.

* * *

«Это же взятка и подкуп, нет?» — спросила у меня Кирана по кровной связи, не решаясь задавать подобные вопросы вслух.

«Нет, это лесть и обаяние, подкреплённые приятными жестами!» — делано возмутился я, идя под ручку с сестрой. — Ты, сестрица, могла бы заставлять мужчин действовать, как нужно тебе одним взглядом, взмахом ресниц, смутным обещанием благодарности и признательности, но ты игнорируешь извечное женское оружие!'

«В первую очередь, я — охотница, и лишь потом — женщина!» — фыркнула Кирана, сформировав магией снежок и бросив его мне за шиворот. Я поднял температуру тела и испарил снег. Не получив ожидаемой реакции, сестра показал мне язык. — Зануда!'

Мы степенно шли в сторону императорской лечебницы, Кирана стала подозрительно молчалива. Будто в унисон с её настроением ветер затих, и из низких серых туч повалил пушистый снег. Он опускался на землю по причудливой траектории, навевая некое умиротворённое настроение. Спустя пять минут Кирана снова отозвалась по кровной связи:

«Что делать с Абрау будем? И почему ты так быстро перевёл тему со статуса земель Комариных?»

«Понимаешь, Абрау мне тогда отдали вроде бы как на откуп за убийство всей нашей семьи. Уже было известно, что мне благоволил Виноград, и предполагалось, что я буду искать нового главу рода Виноградовых. То есть император вроде бы и наградил меня, а вроде бы и нет. Может, он вообще пытался уличить меня в двоебожии или переманить в княжеский род конфеткой, а может, хотел в будущем стравить с новым главой. В общем, вариантов здесь масса. Я не исключаю даже, что он мог просто от щедрот души даровать мне поместье бонусом к графскому титулу. Монархи, знаешь ли, тоже люди и не любят быть обязанными. А тут я, весь из себя заслуженно обделённый и имеющий хоть какие-то связи с родом Виноградовых. Но в свете информации по твоей изнанке и невозможности продажи или дарения Абрау мне на ум приходят крамольные мысли… А не была ли в курсе императорская семья о проводимых там экспериментах? Быть в курсе это ещё половина беды, но кто был инициатором всего исследовательского центра?»

«Знаешь, мне иногда кажется, что я — слепой котёнок во всей этой истории, который балансирует на острие меча над пропастью, — грустно констатировала сестра. — Как? Как ты сопоставляешь все эти тонкости, мысли, мотивы? Неужели для этого надо вырасти в этой среде, чтобы так тонко чувствовать опасности и двойное, а то и тройное дно каждого поступка? Ты ведь младше меня! А я только и умею, что убивать и выживать!»