О появлении нового бога в местном пантеоне не говорил только ленивый. Как это он сам взял и появился вместо того, чтобы быть официально одобренной кандидатурой на малом или большом божественном совете и получить тотем из списка свободных?
Тайпана была в курсе ситуации с переходом рода Инари под другое покровительство. Если бы род Вишневой Кицунэ перешёл кому-то из старых богов, никто бы и не пикнул, а так будут судить выскочку и, возможно, даже лишат рода.
В свете этой информации намёки графа становились более чем прозрачными. Он прекрасно знал, что его ждёт, но почему-то привёл ей более древний пример.
В битве с Отступницей их семья не участвовала, отец настрого запретил. Тогда Тайпана была чересчур юной и слабой. Что показательно, он и братьев не пустил, коротко обозначив своё отношение к грядущему побоищу:
— В этом нет чести. Всё равно, что дитя в колыбели давить.
Именно по фразе о колыбели она и вспомнила эти события. Всё же прошло столько времени, что немудрено забыть. Поговаривали, что Отступница планировала утопить в крови окрестные земли, и её устраняли совместно, даже боги приняли участие в битве. Но что если…
«Пап, а за что казнили Отступницу на самом деле? Ведь не за угрозу же… Я помню, у неё и армии-то не было почти», — задала она вопрос отцу и принялась ждать ответа.
«Дочь, это грязная история в далёком прошлом. Что это ты вдруг решила вынуть её на свет?»
«Я сейчас недалеко от тех земель. Здесь такой жутью до сих пор веет…» — Тайпана не соврала. Все часы путешествия по болоту её пробирал мороз по коже, и казалось, что на неё смотрят сотни и тысячи погибших. Пиковые эмоции всегда оставляли отпечаток на местности. Но чтобы так…
«Уходи оттуда, — напряжённый голос отца резанул по нервам, — там проклятие лежит о недопуске богов на эти земли».
«Ничего не понимаю, а за что тогда воевали?»
«Не за что, а против кого… — тяжело выдохнул Тайпан. — Девочка взяла под контроль чрезвычайно сильный алтарь, но отказалась идти под кого-то из богов, чтобы энергию им передать. Вот её и уничтожили, чтобы не было прецедента. И всё бы ничего, но девочка была беременна. Думали взять живьём и заставить, но она так сопротивлялась, что на поле боя остались очень многие… С ней в отместку жестокую расправу сотворили, что даже после смерти на душах её и ребёнка проклятие висело».
«А что с алтарём? Кому достался?»
«Никому. А потом и вовсе исчез куда-то. Дочь, обещай, что не будешь копаться в этом, особенно в преддверии не самых радужных событий для нашего мира. Я бы вообще тебя убрал куда-то, чтобы зазря голову не сложила. Но, увы, твоих сил не хватит потом, чтобы вернуться, если со мной или братьями что-то случится».