Посмотрев на наши рюкзаки, дед по связи предложил:

«Если всё пройдёт нормально, то чуть в стороне от первой точки ночлега есть военный корпус. Там в катакомбах под ним должны были остаться арсеналы. Прихвати себе пространственные артефакты».

«Как выглядят?» — заинтересовался я. Если раньше мы с пустынниками занимались поиском артефактов наобум, то грех было не воспользоваться прямой наводкой от дракона.

«Чёрный камень треугольной формы с вот такими рунами», — дракон когтем выцарапал на столешнице последовательность рун, часть из которых я с удивлением узнал. При спуске к алтарю стихий я видел похожие.

«Там никакой защиты от воровства нет?»

«Нет. Для других они бесполезны. Активируются введением под кожу и подачей магии Рассвета».

Я разочарованно вздохнул. Снабдить своих близких такой полезной вещицей не выйдет.

«Сыну захвати», — верно прочитал мои эмоции Райо.

«Какая грузоподъёмность?»

«Она тебя приятно удивит».

Вечер шёл своим чередом. Агафья грозила мне всеми карами, если не успею на церемонию единения. Мои женщины, Маркус с Милицей и Кирана с Ксандром обсуждали обустройство бункера, как его обозвала Ольга. Дед с Тайпаной разглядывали на бумажных картах территорию бывшей империи, а именно земли рода Найадов. А я смотрел на всех собравшихся за столом и тихо радовался. Не хватало только Тильды с Эоном и Имал.

— Кто сказал, что нас не хватало? — вечно холодные ладошки осьминоги обняли меня за шею. — Мы не могли пропустить такой вечер.

Эрги расселись на другом конце стола, лишь подняв градус позитивных эмоций. Имал притащила с собой шоколадный торт, который тут же разошёлся по женским тарелкам.

«Райо, твоих рук дело?» — поинтересовался я.

«Вся семья в сборе, так и должно быть!» — не стал отпираться дед.

«Спасибо!»

* * *

Ночь прошла беспокойно, уснул я в объятиях Тэймэй и Светланы, которые наедине дали волю своим эмоциям и страхам, что переросло в совершенно иное и более приятное времяпрепровождение. Ну не умел я по-другому гасить женские истерики.

«Ну извини, я и так их нервы всё время гасила, уж в спальню с ними идти не стала», — честно извинилась эмпатка.

«А хотелось?» — вопрос вырвался у меня раньше, чем я понял всю его двусмысленность.

«Этот вопрос мы обсудим после того, как наша жизнь устаканится. До того я против снижения обороноспособности».

Я с удивлением покачал головой. Женский интерес Ольга не скрывала, но и не выпячивала, предпочитая на первое место ставить далеко не личную жизнь. При этом эмпатка умудрялась на корню давить ревность, принимая сложившиеся правила игры, хотя её родной мир в большей мере пропагандировал моногамные браки. Я специально однажды узнал.