— Она допрыгается… И так число желающих укоротить ей хвосты растёт не по векам, а по годам… Может, отправить её на более низший план бытия в воспитательных целях? Пусть бы посидела без благодати да без сил.

Тайпан ещё что-то бормотал сам себе под нос. Чмокнув дочь в лоб раздвоенным языком, бог ушёл обмениваться новостями с остальным божественным серпентарием.

Сама же Тайпана не спешила ликовать. Роль выбраковки, гадкого утёнка, выродка в собственной семье научила её сперва всесторонне обдумывать ситуацию и лишь потом действовать.

А выводы напрашивались следующие. Нашлась никому не известная родня с идентичной силой, о которой отец либо не знал, либо намеренно скрывал информацию о ней не только от родной дочери, но ещё и от всего местного пантеона. Почему-то Тайпана скорее верила в первый вариант.

Последыш в кладке великого ядовитого змея, она родилась по местным меркам бессильной.

Говорили, что подобное изредка, но случалось. Так вышло и у Красного Змея Тайпана. Из дюжины яиц одиннадцать змеёнышей унаследовали отцовскую ядовитость, коварность, выносливость… и лишь двенадцатая Тайпана уродилась с личным даром. Дар был настолько слаб, что по меркам местного мира едва дотягивал до мага девятого-десятого уровня. И это у дочери бога… Невозможно. И всё же. К чести отца, дочь он не убил и не позволил остальным братьями и сестрам её унижать. Он поступил мудрее.

Выделив остальным детям племена для опеки и пополнения благодати, Тайпан задумался, как обеспечить прилив благодати младшей дочери. Ведь без постоянного притока она рисковала прожить жизнь обычной смертной и уйти в Реку Времени на перерождение.

Опытным путём Тайпан определил, что дочь в состоянии аккумулировать в минимальных количествах энергию Рассвета. Но сбор был настолько мизерным, что не мог выступать адекватной заменой человеческому поклонению. Но это было уже хотя бы что-то. Он собрал лучших артефакторов и архитекторов, которые спроектировали, построили и украсили храм для дочери в далёкой северной стране, где посредством сложных линз собиралась энергия рассвета. Но всё же Тайпан не оставлял идеи подсадить дочь на энергию человеческой веры и поклонения. Оставалось придумать: «Как?»

Но здесь уже «отличилась» сама Тайпана. Юная богиня влюбилась в смертного мага и родила ему дитя, основав таким образом род Тайпановых. Среди богов не принято было заводить потомство со смертными, потому прецедент всячески скрывался. Тайна божественной крови хранилась родом свято, но главным было не это. Собственная кровь стала спасением для Тайпаны. От молитв Тайпановых богиня смогла в минимальных размерах получать благодать, что совместно с энергией рассвета позволило ей выжить. Пусть её силы были всё так же невелики, но она жила. Большего Тайпану и не нужно было.