Елизавета Александровна вспомнила, что всё детство в их поместье частенько гостили разные друзья семьи, да и сами они не раз и не два навещали кого-нибудь из змеиных фамилий с визитами.

— А, во-вторых? — если было «во-первых», значит, стоило ожидать и дальнейшего перечисления.

— А, во-вторых… — Александр Владимирович запнулся, к чему-то прислушиваясь внутри себя, — … во-вторых, Тайпана запретила родниться с Кречетами под страхом отречения.

Елизавета Александровна прикусила губу, размышляя над словами отца. Она чувствовала, что тот не врёт, раскрывая все карты после двадцати лет молчания. Но не понимала, почему он решился на откровенность именно сейчас.

Ответить на этот вопрос барон Тайпанов не успел, так как в питьевую галерею вошла, пошатываясь и держась за колонны, Наталья Орланова, подруга Нади и по совместительству ещё одна невеста Андрея Мангустова.

— Елизавета Александровна, меня опоили чем-то, вызовите лекаря… — девушка потеряла последние силы и сползла вдоль колонны на каменные плиты пола.

* * *

После прощания с погибшими у меня состоялся краткий разговор с Данилой Андреевичем Орловым. Министр обороны очень впечатлился нашей церемонией. Но более всего сосредоточился на моей фразе о свершившемся возмездии.

— Когда ты успел? И суток не прошло, — говорил при этом Данила Андреевич абсолютно серьёзно, глядя на меня как на восьмое чудо света.

— Это было для красного словца… — попытался я свернуть со скользкой дорожки.

— Я не первый год живу, уж отличу, где лапшу вешают, а где правду своим людям в глаза говорят, — нахмурился министр. — И при нашей последней встрече ты собирался на вылазку в стан врага. Не делай из меня дурака.

— Данила Андреевич, давайте начистоту. Вас на этом прощании вообще быть не должно было. Я ничего не говорил, а вы ничего не слышали и не видели.

— Да куда уж… — покачал головой Орлов. — На моей памяти ты единственный, кто покровителя на благодать как корову доит. Так-то обычно обратная схема используется.

— У нас взаимовыгодное сотрудничество, — скромно ответил я, устремив взгляд вдаль. Орлов только тяжело вздохнул. У него был такой вид, будто он меня, как неразумного недоросля, выпороть хотел бы, да не мог.

— Я не буду выпытывать у тебя подробности, — наконец, произнёс он. — Мне важно знать, стоит ли нам опасаться повторной попытки вторжения? Я как министр обороны должен знать.

— Нет. Моему слову можете верить.

Орлов ещё раз окинул меня недоверчивым взглядом, а потом добавил:

— Подай в министерство списки погибших, хоть и на свадьбе дело было, но все они были при исполнении. Как-никак целое иномирное вторжение ценой жизни остановили. Будет семьям дополнительная пенсия от министерства.