Так, мило беседуя, они следовали в сторону конюшен, построенных в отдалении от основного имения. Там же был манеж для выездки, просторные летние загоны и бывшие хозяйственные постройки, нынче переделанные в учебный корпус.

— Иван Григорьевич, расскажите же о вашем детище, — попросила Кирана, вспоминая уроки баронессы Комариной, а именно: «Мужчины страсть как любят, когда интересуются их жизнью и увлечениями».

— Моя покойная супруга была страстной лошадницей, я же напротив. Однако, подумалось мне, что раз уж остались конюшни, то необходимо дать возможность другим барышням утолить их жажду общения с этими созданиями. А поскольку большинство аристократок у нас одарены магически и даже вполне способны постоять за себя в случае прорыва изнанки, то неплохо было бы обучить их кавалерийской выправке. Кроме того, приглашение с ездовым питомцем было разослано не просто так. Хотелось предложить девушкам обучиться основам взаимодействия с другими ездовыми созданиями. Когда я служил в армии, нам приходилось передвигаться на лошадях, ящерах и вообще на ком придётся.

— М-да, князь, — Кирана оглянулась по сторонам, оценив всеобщий зверинец, весьма далёкий от формата ездовых питомцев, — барышни вас явно не так поняли.

Князь согласно кивнул. Сегодня здесь были представлены кошки, собаки, попугаи, рыбка, ворон, бабочка, стрекоза, лама, верблюд, пава, белка и даже мухоловка, кого-то с аппетитом пережевывающая.

Барышни будто решились посоперничать в экстравагантности.

Из всех, кого они встретили, на ездовых с натяжкой тянули лама, верблюд и волчица Кираны. Остальные…

Они шли по гравийной дорожке к корпусам школы. Дорогу им то и дело преграждали аристократки с дочерями на выданье, стремящиеся лично быть представленными или же просто переброситься парой ничего не значащих фраз. При этом Киране доставались взгляды, полные ненависти и зависти.

Когда же очередная юная соискательница вдовой руки и сердца попыталась оттеснить охотницу от Великого Князя, Арва, до того практически незаметная, тихо зарычала. В дрожь бросило даже князя. А уж девицу и вовсе словно ветром сдуло.

В тишине стали слышны визги неизвестных тварей, матерщина кого-то из слуг, грохот падающих вёдер и упряжи. Практически мгновенно рядом с князем появился абсолютно неприметный слуга и доложил максимально нейтрально, потирая стремительно наливающийся на скуле синяк:

— Сюрприз капризничает, Ваша Светлость.

— Прошу прощения, Кирана Юрьевна, вынужден покинуть вас, чтобы перепроверить готовность к открытию, — натянуто улыбаясь, обратился князь к охотнице.