А тем временем трагедия смены власти перешла ко второму акту, когда тела убиенных возлежали на полу в растёкшихся лужах крови, а исполнители требовали закономерной расплаты, вернув себе человеческие тела.

Стоило вихрям улечься, как в комнате оказалось три мужчины в меховых безрукавках с длинными волосами, сплетёнными в косы. Они о чём-то яростно спорили с предательницей. Буквально следом в покои ворвался ещё один снежный вихрь, и, когда снежинки осели, мы с Тэймэй, не сговариваясь, воскликнули:

— Киртас⁈

Тот даже дёрнулся нервно, будто расслышал своё имя, но щит крови надёжно заглушал ещё и звуки.

— Вы ещё и убийцу знаете?

— Я ещё и заказчика знаю, — ответил я императору, размышляя, каким боком здесь оказались восьмиреченцы. В моей голове плохо сопоставлялись их моральные принципы с заказными убийствами.

Перебранка набирала обороты. В покоях появился ещё один человек, явно не из местных. Он-то и вёл переговоры с предательницей.

Император и вовсе стоял обескураженным, видя, как одна из его жён уговаривает исполнителей подождать, пока приедет её дядя и примет работу.

— Он был посредником и знал про убийство, — тихо комментировала мне Тэймэй разговор. — Аканезуми на подходе, он и будет платить.

Посредник отошёл к охотникам и принялся им что-то втолковывать, но Киртас был в ярости.

— Мы не убийцы! — послышался его тихий, но полный гнева голос.

— Да какая вам разница? Ну, не похищали они никого! Вы свои деньги отработали. Получите и исчезните!

Из огрызков фраз стало понятно, что Киртаса и его людей обманули, использовав втёмную. Ну хоть одной проблемой меньше. Можно не переживать, что приёмный отец сестры стал холоднокровным наёмным убийцей.

— Да сделайте же что-нибудь! — зашипел шёпотом японский император.

— Я и делаю, — улыбнулся я, — собираю информацию и дожидаюсь заказчика, чтобы одним махом искоренить гнездо заговорщиков. И уж простите, но в следующий раз рекомендую изменщиков убивать либо подводить под кровную клятву верности, а не торговать честью на аукционах.

Император заткнулся и принялся смиренно ожидать развязки. Я же обратился к Гемосу, случайно созданной мною форме жизни, подсаженной Аканезуми ещё в лечебнице в Москве:

«Готов устранить засранца?»

«Всегда готов, господин!»

«Тогда слушай, что нужно показать…» — и я принялся пересказывать признаки красной оспы, описанные чиновником в императорской канцелярии.

* * *

Князь Аканезуми гнал лошадей. Когда ему сказали, что нашли исполнителей для заказа, он тут же сорвался в дорогу. Пришлось объезжать крупные города из-за карантина, но это меньшее из зол, главное, что этих дикарей потом никто не хватится.