Я же отправлялся в Хмарёво. Со мной увязалась Агафья, фонтанирующая гениальными и главное своевременными идеями.

— Вы пока Петра Алексеевича откачаете, я как раз защиту перенастрою. Из Теней будет только меня пропускать, — порадовала меня вампирша. — А то у тебя так сын совершеннолетним станет меньше, чем за месяц. То-то местная общественность удивится, не успел родиться, а пора жениться!

— Действуй, — дал я добро, — а как закончишь, попросим Аргайл проверить. Если всё сработает, Райо откроет портал для остальных.

Мне же предстояло устроить головомойку одному излишне инициативному стороннику.

Портал я открыл в лазарет, где Софья как раз запитала сильно постаревшего императора от собственного магического источника. Как я и предполагал, родственную жизненную силу Пётр Алексеевич принимал охотно. Часть морщин разглаживалась прямо на глазах, седины стало заметно меньше, и даже пробилась лёгкая щетина на щеках.

Рядом заламывал руки Андрей Петрович, не зная, как ещё помочь.

— Я не спрашиваю, чем ты думал, когда решил вот так махом открыть не свои тайны, об этом мы поговорим потом. Но за каким хреном ты решил человека без магии потащить в мир с повышенным магическим фоном? Папа сильно на троне засиделся? Или брату дорогу решил расчистить?

— Я не знал… Я не знал… Никто не знал… — бормотал Андрей, но вдруг тряхнул головой. — Нет, наверное, Подорожников знал. Он последнее время отца алхимией пичкал регулярно. И все встречи международные на нас перераспределили, и совещания…

А ведь я ещё из крови императора узнал, что тот молчал о своём состоянии, как разведчик как на допросе. Даже с Медведевым и Орловым не поделился информацией. Семью тоже в известность не поставил. Обвешался артефактами и гонял в три шеи детей, экстерном заставляя постигать искусство государственного управления в краткие сроки.

Сам Пётр Алексеевич рискнул покинуть Кремль в таком состоянии только из-за чувства вины и желания хотя бы перед смертью повидаться с сестрой. Андрей Петрович знал, нажатие на какую болевую точку даст стопроцентный результат.

— Я не понимаю, кто мог лишить его магии? Это теракт? — Андрей пытался натянуть сову привычной ему картины мира на глобус действительности. Выходило откровенно плохо.

— Совсем не понимаешь? — скептически смотрел я на принца. А ведь у того были отличные аналитические способности.

— Он знает ответ, поверить в него просто не может, — со стороны ответила за племянника Софья. — Для всех боги — защитники и заступники, поэтому не верит Андрюша в эгоистичную парадигму их пернатого: «Бог дал, бог взял!» Не сталкивался лично. Может, и хвала богам, что Кречет посчитал его слишком мелкой и слабой фигурой, чтобы использовать.