— Мне там сдохнуть пришлось добровольно, — отмахнулся я. — Повторять такой опыт мне не хочется. Ибо лимит на воскрешения когда-то может и закончиться!

Комаро только развёл лапы в стороны, всем своим видом изображая, что он здесь не при делах.

Я же вспомнил про образец батарейки, оставшийся где-то на месте пленения бабушки Тары. Хочешь не хочешь, а нам теперь нужна была батарейка не только для Системы, но и для личного пользования. А это переводило визит к иномирным богам из разряда отдалённой перспективы в разряд срочной.

— Будет тебе батарейка, ты только соучастников нам найди.

* * *

Дирижабль Гепардеви в воздушном порту столицы сложно было не заметить. Мы с Агафьей смотрели на это алое недоразумение с хищными формами в два раза меньше моей «Капельки» и ожидали швартовки. Стоило воздушному гиганту заякориться, и вампирша ушла в тень. Её задачей было попасть на борт раньше таможенников и умыкнуть гримуар. Абдул-Азиза мы предупредили о схеме получения подарков, а он уж в свою очередь предупредил капитана «Когтистого», так назывался дирижабль иранской правящей семьи. Потому на борту никто не удивился появлению тени. Ей со всеми почестями и расшаркиваниями вручили подарок уважаемому графу.

Остальные грузы особых вопросов у таможенников не вызвали, кроме одного:

— Граф, куда вам столько?

Этот вопрос вырвался у служащего, пересчитывающего тюки с тканями самых разных расцветок и фактур.

— Даже знать не хочу, но хвала богам, это не совсем мне, а моим вассальным подданным.

Абдул-Азиз расщедрился. Грузчики выносили всё новые и новые сундуки из драгоценных пород дерева, а внутри чего только не было: посуда, украшения, ароматические масла, духи, ткани, ковры, оружие, одежда…

— Боги, такое ощущение, что иранцы когда-то задолжали нам дань за десять лет и вдруг решили её вернуть, — выдохнул служащий, разглядывая парные сабли с богато инкрустированными ножнами и эфесами.

— А у меня ощущение, что это выкуп за кого-то из моих сестёр, но мы никого из них иранцам в гарем не обещали, — отозвался из-за спины знакомый голос принца Александра.

О его приближении меня успела предупредить Агафья из тени, потому неожиданностью оно не стало.

— Рад встрече, Ваше Императорское Высочество, — я коротко кивнул принцу.

— Взаимно, Михаил Юрьевич, взаимно, — улыбнулся принц и подмигнул мне, — титуловать вас не буду, боюсь ошибиться.

Судя по всему, император уже успел обсудить с наследником престола предстоящую войну и эвакуацию, а также изменение моего статуса. С одной стороны, это несколько облегчало общение, с другой, не отменяло соблюдения правил приличия на людях.