– Я и спал. Пока ты не начала меня разглядывать, – он со смешком перевернулся на живот, пока я медленно заливалась румянцем, одной рукой придвинул меня ближе к себе и потерся носом о мою прикрытую простыней грудь. – Как спалось?

Убрав руки от лица, я, наконец, осмелилась взглянуть в его улыбающиеся глаза.

– Отлично. И тебе доброе утро.

Фирсов улыбнулся шире, подтянулся на локтях и мягко, мимолетно поцеловал меня в губы. Провёл рукой по щеке и поцелуй стал крепче.

События прошедшей ночи все больше обретали четкие очертания. Как будто желая удостовериться, что я не страдаю галлюцинациями, снова выводила пальцами дорожки по волосам Павла, опуская руки на плечи и грудь. Он довольно заурчал, чмокнул меня в шею.

– Предлагаю прерваться на завтрак и снова вернуться сюда, – его губы коснулись кожи за ухом, и я хихикнула. – Как на это смотришь?

– А домой я когда поеду?

– Ну явно не сегодня, – он выгнул брови. – Я вчера говорил серьёзно. Ты остаешься здесь минимум до понедельника. Или имеешь что-то против?

Павел состроил нарочито обиженную рожицу, сощурил глаза и поджал губы. Я рассмеялась.

– Мне даже переодеться не во что.

– Если в этом вся проблема, то это не проблема, – он сел на кровати, натянул домашние штаны и направился к выходу из спальни, по пути открывая дверь шкафа-купе. – Выбирай любую. Думаю, что-нибудь должно подойти.

С ехидной улыбкой он вышел, оставив меня наедине с моими мыслями и парой десятков своих рубашек, висящих на вешалках в шкафу. Я провела по каждой пальцами, остановилась на одной из тех кипенно-белых рубашек, что сводили меня с ума все эти недели. Сняла её с вешалки и не спеша надела. Ткань приятно скользила по коже. Оставив верхние пуговицы расстегнутыми, застегнула остальные и закрыла шкаф. В зеркальной дверце разглядела своё отражение. Вчерашние аккуратные локоны превратились в лохматую копну. Глаза блестели, щеки раскрасил румянец, а грудь немного просвечивала через рубашку, которая едва прикрывала попку. Я улыбнулась самой себе, понимая, что в таком виде выгляжу нереально сексуальной.

С кухни доносились шорохи. Павел, по-видимому, изобретал для нас завтрак, чем здорово меня заинтриговал. Если он ещё и готовит…

Я остановилась в дверях, наблюдая. И вскоре, сама стала объектом наблюдения. Мужчина рассмотрел меня с головы до ног, довольно улыбнулся.

– Проходи, поможешь.

Удобно устроившись у кухонного острова, я нарезала сыр, бросая и ловя на себе заинтересованные взгляды. Притом, что Фирсов явно не часто готовил сам, смотрелся он на кухне весьма гармонично.