– Черт, женщина, ну что ты творишь?! – я уже чуть ли не плакал.

К моему счастью, такси подъехало к моему дому и я, вывалившись первым, вытянул эту несносную женщину, да так резко, что она не удержалась и упала в мои объятия. Я взял ее на руки, страстно поцеловал и, с диким трудом оторвавшись, зарычал:

– Дракон тащит принцессу в логово!

Моя пантера, опять смутившись, захихикала и уткнулась мне в шею. Я уже не шел. Я летел. Кое-как добравшись до квартиры, я нехотя спустил ее с рук, открыл перед ней дверь, и как только мы вошли, эта негодница, весело смеясь, попыталась от меня ускользнуть.

– Э, нет, Красотка, ты теперь от меня никуда не убежишь.

Я опять ее дернул на себя, обнял, и подхватив под ее упругую попку, обвил ее ногами себя, уперевшись членом прям в ее промежность, скрытую трусиками.

Несмотря на то, что в штанах уже все гудело от перенапряжения, я не хотел ее просто трахнуть. Моя фантазия, работавшая последнюю неделю, как сумасшедшая, выдавала одну за одной такие лютые акты, что сам Маркиз де Сад завистливо давился бы слюной. Но в первую очередь я мечтал только о том, чтобы увидеть, как она кончает в моих руках. Я хотел доставить ей такое незабываемое удовольствие, чтобы она ни о ком кроме меня думать не могла, и уж тем более больше никогда никому кроме меня не позволила к себе прикасаться. Нет, Пашкина девчонка конечно мне не конкурент, но Надя будет только моей.

Вихрем влетев в спальню, я положил свою дикую кошечку на кровать и чуть отступил, чтобы насладиться великолепным зрелищем. Пока я раздевался, женщина, что была мною так желанна, призывно гладила себя и уже чуть было не запустила ручку в трусики, но я успел ее перехватить.

– Сегодня, я твой господин, и я дам тебе то, чего ты так желаешь, ты только попроси.

Она резко перекатилась на другой край кровати, выскользнув из моей руки, встала на четвереньки, прогнула спину и с вызовом заявила:

– Ни за что! Хочешь меня получить? Удиви меня!

Ну, что за женщина! Гордая, упертая. Дразнится, зараза такая. Я схватил ее за руку, подмял под себя, на хер сорвал с нее шмотки, которые мешали мне любоваться ее прекрасным бронзовым телом, и впился жадным поцелуем в ее губы. Ее тело было таким отзывчивым, я чувствовал, как она распаляется подо мной еще сильнее. Больше я сдерживаться не мог.

Оторвавшись от ее губ, я начал спускаться поцелуями от шеи к ключице, ложбинке меж грудей, и зажав сосок одной груди между пальцев, я прильнул к другому губами, втянул его и начал играть с ним языком. Пантера громко застонала и стала извиваться подо мной. Это было что-то невообразимое. Она запустила руку мне в волосы и сильнее нажала на мою голову, призывая усилить стимуляцию. Я нежно укусил ее, но потом произошло нечто. Она замерла на мгновение, а потом закричала и начала биться в конвульсиях. Я так охерел, что сначала подумал, у нее припадок, и придавил ее своим телом, чтобы удержать.