— До последнего дело доводить не будем, — рассмеялся я. — Но мысль верная. Так что, народ, не стесняйтесь релаксировать, но только не в ущерб учёбе и службе. Я не Тушина: бюрократию разводить не буду, а просто три шкуры спущу. И это не образное выражение. Просекли?

— Откуда ты так хорошо знаешь уставы? — поинтересовался Кирилл Воронин. — Мы их тоже зубрим, но вот так быстро сориентироваться, вспомнив необходимый пункт или статью — это слишком даже для тебя, Макс. Сумасшедшую Машку в расчёт не берём.

— Видишь ли, юноша, — важно начал я вешать лапшу на уши. — Долг каждого подданного Российской Империи — не пренебрегать её законами. Поэтому я всё свободное время денно и нощно посвящаю себ…

— Да врёт он всё! — испортил всю малину Такс, прервав на полуслове. — Это я ему транслирую, а Котяра, как попугай за мной повторяет. Вот ещё! На фигню всякую время тратить, когда в жизни столько вкусного вокруг!

— Блин! — расхохотался Слава Гранин. — Весело тут у вас живётся! Надо было в Чистильщики записываться, а не в Армию!

— Весело, — согласился с ним Бордо. — Правда, только до первой серьёзной Дыры. И когда потери подсчитываем тоже юморить не хочется. Так что, братишка, правильно ты в Армию подался.

— Ну, мы там тоже не пряники лопали, — заступился за друга Алексей. — Но вы реально наш спецназ переплюнули в плане безбашенности. Я когда про Лорда Спрута в сводках читал, то так и не смог понять, как там выжить можно было.

— Скоро узнаешь, — пообещал я. — Наша будущая акция посерьёзней той будет. Поэтому готовьтесь так, будто бы уже на ней, и от каждого чиха зависит ваша жизнь.

Оставив Жана гонять курсантов по нормативам Чистильщиков, я взял в охапку Аксакала с Олегом Волконским и переместился с помощью Такса в контору к Берлиозу.

Старик встретил нас радушно, но по-деловому.

— Моё изношенное сердце чувствует, что после вашего прибытия износится совсем, — заявил он, когда мы расселись за большим столом. — Одно утешает: выгоды от вас больше, чем беспокойства.

— Верно, — кивнул Аксакал. — Для этого и собрались, чтобы решить, насколько наших жизней хватит заработать неприлично много денег.

— Молодой человек! Неприлично много денег бывает у соседа. Собственные — приличные всегда, но их мало… Тоже всегда. Итак, шо вы мне имеете предложить такого, чтобы я разуверился в своём мнении?

— Он,— показал я на Гогу, — является наследником Рода Олегом Волконским. Вместе с Достоевскими, чьи интересы я официально представляю, собираемся подмять под себя часть столичного бизнеса по трофеям из Дыр. Но прежде чем начнём сие опасное предприятие, хотим понять, насколько окраины согласятся сотрудничать… и вполне возможно, отстаивать с оружием в руках свою выгоду.