— Тогда их нужно уничтожить физически.

— Мне не известно где они. А вам?

Знакомо задул ветер, раздувая в стороны различный мусор. Над террасой зависла летающая машина и начала спуск, на сверкающих белым цветом бортах светился большой красный крест. Разговор сам собой прекратился, затем из лайки выпрыгнули трое антросов в оборванных и окровавленных белых халатах и, прихватив носилки, побежали к Валемировой.

— Мне нужно с ней, — сказал Алексеев, — Присмотрите здесь?

Антросы начали перекладывать повреждённое кибертело, а консул повернулся ко мне:

— Надо понимать так, что вы откажетесь подчиниться?

— Я ни в чём не виноват. И нам не по пути. Особенно после того, что вы сделали с Даниловым. — последнее я добавил, не думая, чисто импульсивно.

И, наверное, зря.

После того как лайка улетела, боярин сказал:

— Ну что, «Первый». Не удалось тебе свалить по-тихому?

Алексеев

Двери лифта открылись, и консул вышел на пустую стартовую палубу. За ним в сопровождении антросов медслужбы выехала автоматическая реанимационная капсула, поддерживающая жизнь полковника Валемировой.

— Господин Никитин? — спросил Алексеев, не отводя взгляда от огромного пространства перед собой.

— Я слушаю, — ответил антрос.

— Вы обещали содействовать в проведении спасательной операции, но не даёте нашим орбам садится на Кольцо.

— Генераторы невозможно отключить. Мои антросы и бояре найдут и выведут выживших.

— Мы могли бы высадить помощь.

— Запросы не проходят. Однако, судя по тому, что пока новых попыток спасательных операций не случилось, у Федерации более нет боевых мехов с электронными мозгами, — антрос постучал себя по голове. — Или им нашли иное применение.

— Да, вы правы… Мне нужна связь, — вздохнул Алексеев.

— Кольцо полностью отключено от внешних линий. Даже аварийные передачи прекращены. Взлетите и свяжетесь. Вон тот орб ваш, проверен и заправлен. — антрос показал в сторону одного из переходных шлюзов. — Инк отключён, пойдёте на ручном управлении, но вы справитесь.

— Справлюсь, — кивнул Алексеев и зашагал к орбу.

Через десять минут он укрепил в пассажирском отсеке медкапсулу и уселся в кресло пилота.

«Давненько не держался за штурвал», — с этой мыслью, руки киборга легли на органы управления.

Летать на орбе было гораздо проще, чем на десантном штурмовом челноке. Вскоре из четырёх сопел вырвалось пламя сгорающего водорода и орб взмыл к висящей над головой Каллисто. Позади осталось заражённое бешенством и опасным постчеловеческим разумом Кольцо и ежесекундный риск обратиться в кровожадного зомби.

Через минуту Алексеев сменил курс, направив орб по полярной орбите вдаль от Кольца. Где-то позади сверкали редкие выхлопы малых кораблей — вероятно, это были другие беженцы. Консул выжимал из двигателей максимальные для этой модели три десятые единицы и постепенно поднимался всё выше и выше над планетой.