— Да вы совсем охренели, мрази…
Кажется, горцы опьянели от вида вражеской крови и ощущения неминуемой победы — раз взялись за клинки. Вам же и хуже… От моего укрытия до залегших на земле девчонок метров тридцать пять — а расстояние до курдов стремительно сократилось до полусотни. Выждав еще секунду, я на всякий случай крикнул:
— Не вставайте с земли! Прижмитесь, буду стрелять!
Медсестры ничего не ответили, но и с земли не вскочили — зато курды разглядели нового противника… Один из них свернул было к камням, потянув из-за спины английскую винтовку; второй же упрямо продолжил свой бег. Я выбрал в качестве цели стрелка — и принялся лихорадочно нажимать на спусковой крючок «тэтэшника»…
Обойма вылетела в считанные секунды — и затвор замер в крайнем заднем положении; увы, на таком расстоянии точной стрельбы не случилось. Хотя ведь полсотни метров считается дистанцией прицельной дальности для ТТ… Но я старался, очень старался!
И сумел достать стрелка пулей в плечо, отбросившей его назад… Проблема лишь в том, что второй курд уже спугнул девчонок, погнав их прямо на меня.
Со склона вновь ударили выстрелы; бросив беглый взгляд на высоту, я заскрипел зубами от отчаяния — осмелевшие гранатометчики уже начали спуск вниз. Твари! Твари… Перезарядив ТТ, я высунулся из-за камня, открыв огонь в ближнего курда — однако первые пули пошли вверх от торопливой стрельбы. Да и пальцы мои невольно задрожали от адреналина, щедро бьющего в кровь… Все же я совладал с собой, и выпустил остаток обоймы точнее, занизив прицел — две пули ударили точно в живот горца, рискнувшего на перебежку под огнем.
Но и затвор ТТ уже вновь замер в заднем положении…
Все. Теперь точно все.
— А-а-а-а-а!
Отчаянный девичий крик привел меня в чувство; озверевший от ярости (а может, и наркоты) курд практически догнал своих жертв. Увы — прилетевшая со склона пуля ударила одну из «сестричек» в руку, бросив ее на землю… Раненая протяжно закричала — не то от боли, не то от страха за жизнь: до горца ведь остались считанные метры! И я, вновь закусив разбитую губу, рванулся наперерез выродку — ожидая, что очередная пуля свалит и меня…
Но, кажется, курды разглядели, что в моих руках нет никакого оружия — и решили насладиться зрелищем короткой схватки. Какие там шансы у безоружного русского против разгоряченного боем горца — уже пролившего первую кровь⁈ Да я и сам думаю, что шансов у меня не особо… Но сейчас это ровным счетом ничего не меняет.
— Оставь ее,донгуз !
Как же вовремя на ум пришло прозвание свиньи из тюркских языках… Страшное оскорбление заставило курда перевести на меня взгляд налившихся кровью глаз… И позабыв про девчонку, он скакнул ко мне, высоко воздев кривой кинжал для рубящего удара!