Глава 10
Великобритания, графство Кент. Поместье Чартвелл.
Сэр Уинстон Черчилль, всевластный премьер-министр Соединенного Королевства, сидел у камина в своем загородном имении Чартвелл, куда за последний год наведывался всего пару раз… Но сегодня был особенно тяжелый день — и Черчилль позволил себе небольшую отдушину: посидеть у камина с бокалом «Джонни Уокера» и сигарой «Ла Арома де Куба».
Совершенно неискоренимую привязанность, даже страсть к сигарам сэр Уинстон приобрел еще в годы своего пребывания на Кубе. В качестве военного корреспондента он освещал восстание кубинцев против испанской короны, впервые побывал под огнем… И был награжден испанской медалью «Красный крест». Молодой и деятельный по своей натуре гусарский офицер (в то время состоящий на действительной военной службе), Черчилль не остался безучастен, когда в него стреляли повстанцы!
Что же касается любви к хорошему виски марки «Рэд Лэйбл» — то кто из британских джентльменов, и уж тем более гусар не питает совершенно искренней страсти к благородному алкоголю⁈
Да, сэр Уинстон любил посидеть у камина в своей загородной резиденции, выкурив вечером пару сигар — и почитав несколько глав хорошей книги. Черчилль вообще любил читать — да и писал он весьма недурственно: те же «кубинские» статьи его перепечатывались в США, и он получил за них весьма солидный на тот момент издательский гонорар… Но сегодня роман Уильяма Ле Кё «Великая война в Англии в 1897 году» лежал закрытым на журнальном столике — а сигара премьер-министра, задумчиво вглядывающегося в языки пламени, попросту затухла.
Надо сказать, что Черчилль хорошо знал содержание уже давно прочитанной им книги. Роман повествовал о вторжение на Британские острова объединенных русско-французских сил; по сюжету романа, в ключевой момент немцы пришли англичанам на помощь… И конечно, выбор книги был неслучаен — ведь последняя в какой-то мере перекликался с днем настоящим. И пусть сегодня Англия, Франция и новая Германская республика выступают против русских единым фронтом — но действия французов вызывают у премьер-министра серьезную тревогу.
Вернее сказать, ихбездействие …
Фактически, втянуть Францию в войну удалось лишь на словах. И если британскому экспедиционному корпусу пришлось воевать с красными всерьез — то французы, вновь занявшие Рейнскую область, в драку не спешат. Нет, союзники последовательно воплощают в жизнь тактику «странной войны» — что пришлась явно по сердцу «отважным» галльским воякам… Да, Черчилль и британские дипломаты имеют огромное влияние на кабинет Деладье — но армия и народ Франции не желают драться и умирать за чуждые для своей страны интересы.