И ГДЕ ИСКАТЬ?
Южная Моравия, деревня Милонице
17 января 1948 года, около девяти часов утра
Хотару
Несколько часов они пробиралисьчигирями . Это было словечко, подхваченное Хотару у деда Лёши, и, как многие такие словечки, очень ей нравившееся. Сперва-то она, конечно, хотела просто ломануться самой короткой дорогой, изображая злобного носорога, пронестись напрямик, через все укрепления — она могла бы, с лёгкостью. Но потом Хотару подумала, что Аригатаси всё-таки хотел бы, чтобы эти люди перешли линию фронтаживыми . Поэтому она вела их тихо, аккуратно обходя блок-посты или на крайний случай тихо передушивая караульных коалиции. Пока они не вышли к своим.
Тут Хотару с облегчением передала беглых хуторян с рук на руки обалдевшему начальнику случайной части, потребовав в обмен показать ейкарту .
— Простите, барышня, но мои карты я не имею права показывать никому, кроме своих офицеров, — решительно отказал ей усатый майор. И Хотару поняла, что он, в общем-то, прав. И огорчилась.
— А где есть карты, которые можно всем смотреть?
Тут растерялся уже он:
— Ну… э-э-э… в книжной лавке какой-нибудь. Ну или в школе?
— Спасибо! — возопила Хотару.
Домики с надписью «Школа» в деревушках Великой Германской империи встречались регулярно. А в каждой школе непременно есть карта рядом с доской! Как же она забыла! Осталась пара пустяков — найти такой домик и кого-то из учителей. Желательно бы по географии, но сойдёт и хоть кто-то с указкой.
Глава 18 СОКОЛ В ЯРОСТИ — ЭТО ВАМ НЕ ХУХРЫ-МУХРЫ!
ТЕРЗАЕМЫ НЕИЗВЕСТНОСТЬЮ
Иркутск, управление Третьего отделения
17 января 1948 года, около восьми часов утра
Коршунов Илья Алексеевич
О том, что Аркашка вышел на связь и затеял какую-то игру с Третьим отделением, обещав за прибытие эвакуационного дирижабля чуть ли не манну небесную, мне по секрету Петька сообщил. И о том, что в составе огромной группы беженцев, среди которых во время посадки была куча раненых, Аркадия не оказалось — тоже. Сразу, как только этот факт выяснился.
Я ж не утерпел, к нему прибежал с утра пораньше, зная, что эвакуация (если по нашему времени) где-то на семь утра назначена. Пока загрузятся да пока долетят… Но сидеть в училище и ожидать звонка вообще никакой мочи не было. Лучше уж я у Петьки посижу, с ним хоть поговорить можно, не боясь случайного разглашения секретов. Кроме того, как я и подозревал, некоторые данные ему начали передавать ещё когда эвакуационный борт был в воздухе. Пикнул селектор, вошёл Петькин адъютант и протянул листок с какими-то записями. Петька забегал по нему глазами, хмурясь. Вдруг воскликнул: