Глава 3
Глава 3
Июнь 1867 г., Средиземноморье, эскадра адмирала Сэммса.
Что нужно, чтобы такое большое море как Средиземное если и не полностью вымерло, то уж точно изрядно опустело? Как оказалось, не столь уж и много. Разгром османского флота, бегство немногочисленных оставшихся кораблей даже не в Эгейское, аж в Мраморное море. Под защиту крепостей, что защищали одну из двух «османских пробок», пролив Дарданеллы. Не больше, но и не меньше того.
Что осталось в Средиземном? Ровным счётом ничего, помимо нескольких спрятавшихся в портах, под защитой береговых крепостей и береговых же батарей малых корветов, авизо, канлодок и нескольких вооружённых пароходов. Что касается трёх оставшихся у османского флота броненосных кораблей — броненосца и фрегата с большим корветом — а также старого, переделанного из парусника, линкора, такого же типа четырёх фрегатов, нескольких корветов и разнокалиберной мелочи, за ними увязавшейся… Сия сборная солянка, как уже говорилось, улепетнула в Мраморное море, больше всего остального опасаясь повторной встречи с кораблями адмирала Сэммса.
Ну а когда наглый кошак ухитряется выгнать из дома действительно опасных для него крыс — охота на оставшихся мышей превращается в лёгкую, без каких-либо проблем увлекательную забаву. И в роли мышей выступали как пытающиеся доставлять товары под различными флагами корабли, так и разнокалиберные османские порты. Что первых хватало, что вторых имелось достаточное количество. Рафаэлю Сэммсу оставалось только выбирать. Этим он, собственно, и занимался, терроризируя всё, до чего мог дотянуться.
Поудобнее устроившись на мостике в специально вынесенном на свежий морской воздух кресле и, прикрыв глаза, периодически пускать очередное дымное колечко из сигары? Сделано. Переложить немалую часть обычных хлопот на командира корабля, каперанга Стрейнджа? Тоже имело место быть. Скучать, ожидая того момента, когда на установленных на мачтах смотровых площадках «Алмаза» или сопровождающих его крейсеров «Морской змей» и «Барракуда» особо зоркие матросы заметят в бинокли какой-то османский или любой другой корабль? Тоже да. А вот больше адмирал ничего сделать не мог, отчего и страдал. Не сильно, а так, в меру привычного для себя состояния после напряжения духа во время сражения. Настоящего сражения, последнее из которых было совсем недавно, а вот предпоследнее… давно, ещё во время окончания войны с США. И чувствовалось, что хочется больше ярких, запоминающихся впечатлений.
— Мартин? — даже не открывая глаза не спросил, а скорее запросил подтверждение очевидному для него приближению приятеля и командира флагманского броненосца собственной эскадры. — Неужели ты пришёл меня порадовать?