— Сами разберемся, — отрезаю также резко. Желание спровоцировать драку растет с каждой секундой. — Где она, я еще раз тебя спрашиваю!

— Видимо не разберетесь, если твоя дорогая во всех смыслах невеста с тобой даже не разговаривает. Или ты так за свой контракт беспокоишься? Не выйдет за тебя замуж и прощай миллионы упущенной выгоды, — ядовито выговаривает мне друг.

Я вижу, что Артем, зная с детства все мои больные места, специально сейчас бьет по ним. Далеко не по-дружески, это конечно. Но такое я готов спустить на тормозах, понимаю, что он беспокоится за счастье сестры, а в этом все средства хороши.

— Артем, Николь уже не десять лет, хорош ее опекать! — понимаю, что от друга, скорее всего уже бывшего, я ничего не добьюсь, разворачиваюсь и собираюсь пройти в кабинет их отца. Он-то точно мне скажет, где Николь.

Но меня разворачивают небрежно брошенные мне в спину слова друга. Теперь уже точно бывшего:

— Ну, кто-то же должен. Если будущий муж не в состоянии.

Сам не знаю почему, но именно эта фраза триггерит мне настолько, что в свой удар я вкладываю столько силы, сколько не использовал в драках с настоящими «врагами». Артем, конечно, не ожидал, что я наброшусь на него. Но ожидаемо быстро ориентируется, и мне прилетает неслабая такая ответочка. Мы в одной весовой категории и физическая подготовка у нас тоже на одинаковом уровне. Наш разговор переходит в банальную уличную драку и, несмотря на то, что мы дружим двадцать с лишним лет, уступать ни один не собирается. Останавливает нас, да и то не с первого раза, только властное требование Сергея Борисовича «прекратить немедленно». Мне было велено убираться из их дома и возвращаться только тогда, когда успокоюсь. От отца Николь я, конечно, тоже не добился, куда подевалась Николь. Но с ним развязывать драку я, разумеется, не стал. Какие-то тормоза еще остались видимо. Хотя и того, что я могу накинуться на лучшего друга, я тоже от себя не ожидал. Чтобы меня вывести из себя это постараться надо. И вымещать на ком-то злость или напряжение привычки я не имею. Что такого сказал Артем, что у меня настолько крышу сорвало?

Видимо друг, наверное, все же бывший, понимает на сколько мне хреново, если я сотворил дичь, на которую в принципе не способен, поэтому больше не порывается читать мне морали. Обычно это я своей уравновешенностью всегда ограждал нас от ненужных разборок. Импульсивному Артему только бы кулаки в ход пустить, а я всегда считал и считаю, что зачем ввязываться в драку, если есть вариант договориться словами. Что ж я сегодня-то отступил от своих принципов? Что такого мне сказал Артем, до сих пор не понимаю. Голова лопается от мыслей чуть ли не в буквальном смысле. Быстрым шагом ухожу из дома, который всю жизнь считал своим вторым, чтобы уже, наверное, никогда сюда не вернуться, но неожиданный оклик мамы Николь заставляет меня обернуться. Ну, давайте, и вы почитайте мне нотации о правилах поведения в приличном обществе. Но неожиданно Ирэна Станиславовна дает мне то, зачем я собственно пришел в их дом –называет адрес, где находится Николь. Не ожидал я, конечно, такого поворота событий. Я всегда считал Ирэну Станиславовну не дальновидной, мягко говоря, женщиной, не особо интересующейся своими детьми, особенно дочерью. Мне всегда было обидно за Николь в этом плане. У меня самого прекрасные отношения, что с мамой, что с отцом, а вот Никки ни разу за всю жизнь не почувствовала поддержки от своей матери, когда правдолюбивый Артем или строгий отец, помешенный на своей репутации, нападали на Николь.