Дверь захлопывается, я слышу, как Руслан спускается по лестнице, а слова, произнесенные им, прочно оседают на дне моего сердца.
Вопрос официанта о том, принести ли мне меню или я ограничусь винной картой, возвращают меня в действительность. Отрицательно качаю головой, прошу счет, оплачиваю и выхожу из ресторана. Сажусь в машину, говорю ждущему меня водителю ехать прямо, просто прямо…Домой я возвращаюсь только под утро, но так и не могу найти ответ на вопрос, что же так больно царапает мою душу? То же самое непонятное чувство, что и семь лет тому назад, только теперь острее и значительно больнее.
Глава 10 Руслан
Сегодня у моей Николь день рождения. Моей, я серьезно? Этот чертов поцелуй пару недель назад изменил что-то в наших отношениях, только непонятно что и в какую сторону. По крайней мере, раньше было понятно, что мы друзья, а теперь я все чаще задумываюсь о том, что Никки — девушка. Молодая, красивая, сексуальная девушка. Конечно, я и раньше это знал. Но не придавал этому никакого значения, а теперь…Теперь я открываю дверь в ее комнату и залипаю. Николь стоит ко мне спиной в коротком платье то ли зеленого, то ли голубого цвета. Кажется, у девочек он называется бирюзовым. Поднимаюсь взглядом снизу вверх и вижу длинные ноги в туфлях на высоких тонких каблуках, соблазнительные бедра, изящно-тонкую талию, волнами спадающие золотистые волосы на хрупкие плечи. Спина девушки открыта и это будоражит меня больше всего. Почему-то…Вечность бы на нее смотрел, но гости и так уже заждались начала нашего праздника.
Ради приличия все же стучу в уже открытую мною дверь. Николь вздрагивает и оборачивается. Волосы девушки красиво рассыпаются по плечам и это меня тоже заводит. Почему? Почему, черт возьми, в моей просто подруге меня волнует то, к чему я в принципе с другими девушками равнодушен?
— Нас ждут, — произношу тихо и вхожу в комнату.
— Подождут, — резко отвечает Николь, — позови мне мою маму или кого-то из подруг.
— Зачем? — спрашиваю, хотя понимаю, что девушка не может справиться с молнией на платье, поэтому и не выходит. — Твой жених здесь, почему меня не попросишь?
— Ну, помоги, жених, пожалуйста, — язвит Николь и поднимает волосы, открывая безупречно длинную шею.
Дергаю заевшую молнию на платье вверх и обжигаюсь о бархатную кожу, случайно прикоснувшись.
— Готово, — голос почему-то садится.
— Спасибо, — поворачивается ко мне лицом Николь, и в ее взгляде я вижу смущение и…желание.
Поправляю выбившуюся прядь из ее прически и едва слышно произношу:
— Ты невозможно красивая, Ник.