Но я тут же вспомнила, что для него, скорее всего, в этом и правда нет ничего особенного… И не могла понять, чувствую я от этого злость или горечь.

— Король вернулся, — сказал Диант, не открывая глаз и не догадываясь о моих мыслях. — Но я не успел с ним поговорить и задать твои вопросы, у него слишком много дел с дороги.

Его губы с трудом шевелились, а я, как дура, не могла отвести от них взгляд. Неужели они в самом деле касались меня с утра?

— А что ты делал весь день? — вырвалось у меня само, да ещё и с недовольными нотками.

Диант чуть приоткрыл глаза, странно покосился на меня, будто видел впервые, и ответил без эмоций, просто как факт.

— Помогал королю.

Я не сразу поняла, а потом рука медленно потянулась ко рту. Все ответы ведь были перед глазами! Бледное лицо, слабость, замедленные движения, возвращение короля... Это ж надо настолько погрязнуть в мыслях о дурацком поцелуе, что забыть обо всём остальном!

— Обычно Сай после этого делает мне особый отвар, но я его нигде не нашёл.

— А я чем могу помочь?

Прозвучало резко, и я сразу пожалела о своём тоне. Я совсем не хочу так с ним говорить! Он выглядит таким уставшим...

Я не могла перестать смотреть на его лицо, пользуясь тем, что его глаза закрыты. Разглядывала длинные тени от ресниц, дрожащие на бледных щеках. Изучала злосчастные губы, чуть припухшие, будто он их прикусывал. Или, например, только что целовал кого-то ещё...

Диант приоткрыл один глаз, и я, смутившись, уставилась в стену — с чувством, будто меня поймали на чём-то неприличном.

— Я подумал, вдруг он у тебя.

— Ночью? С чего бы?

— Ну гуляет же он с тобой по утрам.

Он сказал это так буднично, будто я гуляю с Саем каждое утро, а не один раз в жизни, и я с сомнением приподняла бровь.

— В общем, его здесь нет и быть не может. Так что, извините, ничем помочь не могу.

Я продолжала стоять перед диваном, не решаясь сесть, потому что принц занял его почти целиком. И он несколько секунд смотрел на меня снизу, а потом сказал тихо, почти не раскрывая губ.

— Можешь.

И прежде чем я успела спросить, как именно, Диант мягко ухватил мою ладонь и привлёк ближе, заставляя сесть рядом.

Он даже не думал, что нужно делать. И можно ли вообще так делать. Улёгся головой мне на плечо, словно каждый день использует его вместо подушки, и снова прикрыл веки. Его рука продолжала держать мою, и прикосновений враз стало как-то слишком много. Сложно было уже назвать их невинными, случайными или ничего не значащими — они стали пугающе целенаправленными. И не менее пугающе приятными.

Я деликатно кашлянула, чтобы проверить голос, и спросила как можно небрежнее: