Разлили остатки чая. Альбина в ускоренном курсе решила напомнить мне правила поведения приличных леди — я не ходила с ней на уроки воспитания с тех пор, как на это перестало хватать денег. Но её суровый, под стать старым наставницам, вид вызывал больше смеха, чем помогал обучению.
Со стороны мы выглядели просто страдающими ерундой студентами, но у меня внутри сгущалась тоска. Накрывало предчувствие, что никогда больше мы не будем сидеть вместе и болтать так беззаботно. Как будто, если я сейчас уеду, то больше никогда не вернусь назад.
На секунду даже всколыхнулось сомнение — а правда ли мне это нужно? Но я решительно его отогнала. Очень нужно. Из-за меня уже погиб дядюшка. Когда-нибудь это может коснуться и других. Тётушка, Жан, девочки... Альбина и Яр.
Я не могу перестать использовать свою силу. Поэтому я должна её хотя бы понимать.
— Удовлетворительно, — кивнула Альбина, когда её устроил мой очередной реверанс. — Теперь чтобы без богатого жениха домой не возвращалась!
Я так и замерла в этой дурацкой позе, а подруга невинно моргнула.
— Ну а что? Там на каждом углу солидные, знатные мужчины. Будешь полной дурочкой, если упустишь такой шанс.
— Согласен, — поддержал Яр. — Хоть одну из вас пристроить. А то так и придётся возиться с обеими до старости, никакой личной жизни.
Я только закатила глаза. У Альбины всегда были неправильные приоритеты. Вот у нас дома есть большой подвал, который сейчас совсем пустой. Сначала я доверху набью его деньгами, чтобы никогда больше мне не приходилось проходить мимо ароматных булочек, не имея возможности их купить.
А потом можно подумать и о женихах.
Глава 3
— Если ты сделаешь хоть шаг за этот порог, то забудь, что у тебя есть дом. Хочешь навлечь на нас всех беду? Тебе мало того, что уже случилось? Ещё один шаг — и мы тебе больше не семья...
Слова тётушки всё ещё звенели в голове. Я зажимала уши, но её голос пробивался сквозь ладони. Она кричала о том, что я, малолетняя паршивка, ничему не научилась, и если мне своя жизнь не дорога, то подумала бы хоть о них всех, прежде чем соваться под нос королю.
Бедный Жан не понимал, что происходит, но с мокрыми глазами просил меня остаться, девчонки рыдали навзрыд, а я… собрала вещи и ушла. Хотелось оставаться невозмутимой, но голос дрожал, когда я обещала им отправлять из столицы столько денег, что хватит на все конфеты, и вернуться так быстро, как только смогу. Расцеловала всех и выскочила из дома прямо в ночь — не оглядываясь, чтобы не передумать.
До утра я просидела на лавочке в сквере возле дома Альбины, потому что не решилась ночным визитом подставить подругу перед отцом. Там она меня и нашла утром — голодную, замерзшую. Ахнула и принялась кормить и отогревать. А заодно с хитрой улыбочкой отдала одно из своих старых платьев. Не такое дорогое, чтобы его пропажу заметил отец, но в десять раз лучше, чем могла позволить себе я. Чтобы, дескать, сразу по прибытии очаровать местных лордов.