— Да я совсем не это...
Фраза оборвалась, когда Диант с несчастным видом развёл руками, мол, ничего не могу поделать, именно так ты и сказала. И я закатила глаза.
— Вот и говори, что не обиделся.
— А я такого и не говорил, — заявил он, вставая.
Но отошёл не сразу, а задержался напротив кровати. Напротив меня. Перед лицом оказался низ его рубашки и закрыл весь вид. Пришлось задрать голову, чтобы продолжать его видеть. А он посмотрел сверху — и застыл. Только медленно расширились блестящие в свете ламп зрачки.
У меня перехватило дыхание, хотя он даже ничего не делал. По телу проскользнула волна — то ли пугающая, то ли приятная. Почему он так смотрит?..
Диант мотнул головой, словно пробуждая сам себя, и чуть нахмурился. Отошёл наконец, разрушая это странное притяжение, и я снова вспомнила, что нужно дышать.
Только сердце теперь заколотилось в безумном ритме, спрашивая, а что это вообще было? Мирана, ты сошла с ума? Пусть даже ты не можешь отрицать к принцу симпатию, но ты же не думаешь, что он в самом деле...
— Думаю, пора оставить прекрасную даму в спальне в одиночестве. — Диант обернулся у выхода. — Подумать над своим поведением. Спокойной ночи, Мирана.
— Спокойной ночи, ваше высочество...
— Ваше высочество... — передразнил он с упрёком.
И вышел.
А я как была, прямо в платье, завалилась на кровать. Хотелось бить себя по щекам, чтобы воззвать к разуму. Куда он пропал? Что там говорила Лиона про маленькие соблазны?
Только вот, кажется, она опоздала. Или маленькими они никогда и не были.
Глава 23
За завтраком Лиона изображала такие гримасы, что мне хотелось сбежать за столик к мадам Ривере — даже там нотаций будет меньше. Уж не знаю, каких сплетен она наслушалась со вчерашнего вечера, но, судя по поджатым губам, я должна была как минимум наглотаться вина и отплясывать на игровом столе. Ещё и под ручку с Диантом. А то и со всеми представителями мужского пола сразу.
Я непроизвольно хихикнула, во всех красках представив эту картину, и это оказалось последней каплей — Лиона вспыхнула, бросая вилку обратно в тарелку. Та отозвалась громким звоном, но в общем шуме никто не обратил внимания.
Я взмолилась, пока она не успела раскрыть рот.
— О нет, Лиона, пожалуйста. У меня была очень тяжёлая ночь. Всё, что ты себе придумала, — неправда. Мы тихо-мирно поиграли в Тангру, а потом всех вызвали на какое-то происшествие, а я ушла спать. Даже не знаю до сих пор, кто победил. И уж тем более не хочу знать, какие сплетни ты слышала.
— Хочешь сказать, что ты вчера не обжималась с Велиндором? — прищурилась Лиона.