— Да, ваше величество. Прошу прощения за своё невежество. Этого больше не повторится.

— И я надеюсь, что не услышу во дворце никаких сплетен о таланте леди Мираны.

— Конечно, ваше величество.

Я смотрела на них во все глаза, не веря происходящему. Меня что, только что спас от Виолетты... Сам король?! И не просто спас, он ещё и единственный смог нарисовать на её лице унижение, которое я мечтала увидеть.

Только вот я не чувствовала ни удовлетворения, ни облегчения — только отсрочку. Когда он всё же увидит комнату, то поймёт, что Виолетта была права. На её месте, с поникшими плечами и застывшим на полу взглядом, окажусь я. Только держаться наверняка буду куда хуже.

А ещё я никак не могла понять, почему он вообще меня защищает. Почему настолько верит в мой талант, которого даже никогда не видел? Всё это было несколько... странно. А странности редко бывают хорошими.

Потом я вспомнила, что Виолетта может рассказать не только про картины, но и про то, что в моей комнате прячется сбежавшая девочка. Она получила за молчание серёжки, но, как выяснилось, её слова не стоят ничего. И сейчас она вполне может разыграть последний козырь, чтобы поставить меня на место.

Однако Виолетта молчала и скорее хотела сделать вид, что её здесь нет и никогда не было, чем снова заговорить с королём. Может, боялась снова навлечь гнев или что я приплету её. Сомневаюсь, что она просто пожалела Нилу.

Взгляд короля на пару секунд задержался на мне, чуть смягчившись. Он снова напомнил того мужчину, что смотрел почти заботливо и желал мне приятно провести время во дворце. Я растерянно моргнула в ответ. Вероятно, стоило поблагодарить, но слова застряли в горле.

— Леди Мирана, надеюсь, это досадное происшествие вас не расстроит. День Судьбы нужно встречать с улыбкой.

Я заторможенно кивнула. И даже попыталась выдавить улыбку.

Король отвернулся, продолжая свой прерванный путь по коридору, и только бросил Сайлеру, до сих пор молчащему у стены:

— Иди за мной.

Парень кивнул и двинулся следом. От той лёгкой походки, с которой он появился, не осталось и следа.

Едва они скрылись, как Виолетта стрелой вылетела из коридора, бросив на меня лишь один сверкнувший яростью взгляд.

Я осталась одна. И, как была, сминая платье, скатилась по стене. Я не чувствовала ни биения сердца, ни собственного дыхания, словно эта встреча отобрала всё. Вместо облегчения накрыли мрачные предчувствия. Оставит ли Виолетта это так или отплатит мне ещё сильнее? Побоится ли гнева короля настолько, что забудет про гордость?

И насколько я сама боюсь гнева короля?