При упоминании службы мне резко захотелось взять все свои слова обратно. Я ведь рискую всем, вообще всем. Как можно быть такой уверенной, что он меня не выдаст? Может, он просто прикидывается лояльным, пока я ему интересна. А через неделю во дворец приедет какая-нибудь новая девушка, его внимание переметнётся на неё, а меня за эти слова отдадут, наконец, куда следует.

Но отступать уже глупо, другого шанса не будет. Так что я пожала плечами как можно небрежнее.

— Наверное, ты тоже хочешь правды. Этот запрет тоже может быть бессмысленным.

Принц немного помолчал и вздохнул.

— Значит, на это ты тоже настроена решительно?

— Даже более решительно, чем нарушать запрет на общение с тобой.

Я мило улыбнулась, но за этой улыбкой легко было разглядеть призыв к бою. А Диант прищурился скептически, как если бы действительно получил вызов — но не тот, который я хотела. Он нарочито медленно, заставляя меня следить за этим движением, наклонился ближе. Я как-то враз глупо забыла про архив, зачарованная мерцанием серебряных глаз. На меня никогда не смотрели так — желая добраться до самой души.

Принц мягко коснулся моей щеки, а оттуда скользнул пальцами ниже, погладив шею. Провёл по плечу до самого выреза платья — так осторожно, будто делал это впервые.

— Правда? — вкрадчиво спросил он с лёгкой хрипотцой в голосе. — Ты сама в это веришь?

Я не ответила, потому что знала, что голос сорвётся. Смогла только неуверенно кивнуть.

Диант на это усмехнулся, вернулся пальцами выше, оставляя на коже горячий след, и несколько секунд поиграл с прядью волос. Чуть прикрыв глаза, он внимательно изучал мою реакцию на эти прикосновения, а я застыла и просто боялась вдохнуть. Хотелось чувствовать это ещё сильнее, ещё больше, но он не спешил.

Лёгким касанием обведя ухо, он остановился на мочке, и у меня тревожно кольнуло в груди — я вспомнила, что там ничего нет.

— Я смотрю, тебе решительно не нравится мой подарок, — хмыкнул Диант. — Надеюсь, ты не заложила их в карты снова.

— Это был не подарок, — только и смогла выдохнуть я, силясь не пропустить на лицо эмоции.

— Точно. Забыл.

Улыбка не вязалась ни с его словами, ни с тем, как руки продолжали скользить по моему телу. Я не могла и не хотела ничему сопротивляться. Почему мы вообще перешли на это?! Куда он увёл разговор от архива? Он просто сбивает меня с курса — и у него это получается. Но я не могу слишком сильно настаивать, я должна просто мягко его подтолкнуть...

Но сейчас меня мягко подталкивал он. Только совсем не к архиву. Спорить можно не только словами, но и... так.