Музыка стихла, и пары замерли, выполнив заключительный шаг. Я еле догадалась склонить голову в знак благодарности, и рывком унеслась к стойке с напитками. Выпила стакан лимонада залпом и только потом снова обрела возможность дышать.

Подбежавшая Лиона сначала долго сокрушалась, что даже день Судьбы подсовывает ей престарелых похотливых лордов, а потом плавно перешла на то, какой Сайлер всё-таки гад, что смылся с танцев. Дескать, они с Судьбой солидарны в том, что его кандидатура гораздо лучше, чем принц.

Перерыв получился небольшим, и вскоре нас построили для следующего танца. Теперь всё происходило наоборот: мужчины выстроились в очередь с конвертами в руках, а девушки щебечущей кучкой готовились искать своё имя.

Сайлер так и не вернулся, а значит, одной из них, которая осталась у него в конверте, предстояло остаться в одиночестве. А то и танцевать с королём, если повезёт ещё меньше. И я очень надеялась, что это окажусь не я. Ну не может ведь так получиться, чтобы нам выпали имена друг друга? Судьба не бывает настолько откровенной.

Я издалека заметила Дианта, который вскрыл конверт, но даже не посмотрел на листок с именем. Вместо этого принц насмешливо смотрел на меня.

По команде мы двинулись вперёд, вдоль раскрытых конвертов, и я напряжённо вчитывалась, отыскивая своё имя. По пути с удивлением обнаружила у Велиндора имя Виолетты. Парень светился от радости и даже мне подмигнул.

Оставалось всего несколько человек до Дианта, и хотя я мало рассчитывала, что Судьба преподнесла ему именно меня, сердце всё равно взволнованно ускорилось. И тут Лиона, шедшая впереди, издала болезненное мычание и обернулась с полным возмущения лицом. Я поняла почти сразу, а когда подошла ближе, убедилась — он держал моё имя.

Я остановилась напротив принца, пропуская поток девушек дальше. Ты смеёшься надо мной, Судьба? Чего ты от меня хочешь? Задумавшись, я уже не следила, кто кому достался, и очнулась, только когда зазвучали первые ноты музыки и Диант ухватил меня за руку.

Мы давно не танцевали вместе. Или не танцевали вообще никогда? Ведь мои первые танцы были не с ним, а с Альбертом, про которого я давным-давно забыла. Тогда это было приключение, веселье, восторг от новизны, а сейчас я даже боялась поднять на него глаза, утопая в противоречивых чувствах: надежде и сомнении, смелости и страхе. И так хотелось ничего этого не чувствовать, а просто наслаждаться моментом, пересекаться взглядом, не думать о запретах и своей глупости, вдыхать его запах и сжать пальцы на его плечах сильнее приличного — как совсем недавно в моей комнате...