— А еще я хотел бы кое-что рассказать, потому что журналисты это все равно раскопают, — сказал Хару и отложил телефон. — Лучше уж сам. Моего прадедушку звали Нам Хансу. Про него даже есть статья в Википедии… Ученый и меценат — так там написано. Но все немного сложнее. Прадедушка был очень умным человеком, он физик, работал в военно-научном институте. Судя по всему, он был действительно очень ценным сотрудником, потому что по карьерной лестнице продвигался быстро. И… я даже не знаю, как объяснить. Все, кто знали лично моего прадедушку, рассказывают о том, как выглядел его дом в то время. Одну спальню занимали прадедушка с прабабушкой, другую — их сын. А в третьей жили те, в ком прадедушка видел потенциал, но у кого не было денег, чтобы этот потенциал развивать. Он давал им крышу над головой, кормил, доставал одежду. Кто-то из тех людей не добился особых успехов, а кто-то стал очень влиятелен в своей сфере.
Хару сделал небольшую паузу, чтобы перевести дух, а потом продолжил:
— Я знал, каким человеком был мой прадедушка, но мне не рассказывали, какие люди реально считали его своим благодетелем. Поэтому во время первых встреч с моим продюсером, госпожой Им Минсо, я не знал, что наши семьи как-то связаны. А потом оказалось, что архитектор Им был одним из тех, кто жил в доме моего прадеда. Продюсер Им тоже меня не узнала… я внешне не похож на дедушку и прадедушку, да и она была еще ребенком, когда мой прадедушка умер, потом они не виделись. Так что… так получилось. Я понимаю, что многие, в итоге, скажут, что продюсер Им взяла меня в группу, потому что ее отец был другом моего прадеда, что это фаворитизм… Я ничего не могу с этим поделать. Но надеюсь, что мои старания не будут обесценены хотя бы у роуз… Ни я, ни продюсер Им, заранее не знали, что косвенно знакомы. Им Минхёк знал моего дедушку лично, а вот Им Минсо — нет.
Хару задумчиво замолчал. Он не был уверен, что сказал все правильно, но сказанное уже не вернуть. Было неприятно, конечно, что приходится говорить подобное на всю страну, но тут уж действительно — лучше сделать самому, чем ждать.
Он снова взял в руки телефон. На корейском замелькали объемные поддерживающие послания, на других языках смайлики и глупые фразочки тоже пропали, все писали, что его любят и поддержат в любой ситуации. Видимо, фанаты начали делать быстрый перевод трансляции и англоязычные зрители просто реагируют с небольшим опозданием.
Хару поблагодарил за поддержку, снова потянулся к уже остывшему и невкусному чаю. Тут дверь его комнаты открылась и вошел Тэюн с двумя большими кружками в руках. Он осторожно влез в кадр, помахал рукой фанатам, а потом сказал Хару: