— Почему же? — спросил он небрежно, словно нисколько не рассчитывал на откровенный ответ.

Но я доставлять удовольствие собеседнику увиливанием не стал.

— Мне не известен уровень вашего допуска, брат Петр, — прямо заявил я. — Если… брат Иннокентий сочтет возможным, он вам о наших совместных делах расскажет. Спросите его. Можете передать, что я не возражаю против огласки.

Теперь Наумов посмотрел на меня уже без всякой снисходительности.

— Спрошу, — пообещал он. — А что скажете о брате Александре?

— Это котором? — не понял я, и тогда Петр указал на вывеску оружейного магазина «Большая Охота».

— Брат Александр, чародей. С ним у вас есть совместные дела?

— Опосредованно, — ответил я после недолгой заминки. — Через его старшего партнера, Николая Гордеева.

— И какого рода эти дела?

— Они у меня столуются, а взамен поддерживают магическую защиту особняка.

При упоминании магической защиты Наумов и глазом не моргнул, что еще больше уверило меня в том, что за вчерашним покушением стоит вовсе не он.

— Это все? — спросил брат Петр.

— Более‑менее.

— Полагаю, и в этом случае за подробностями мне стоит обратиться к вашим деловым партнерам?

— Попробуйте, — пожал я плечами.

— Вы знаете, по какой причине покинул орден брат Александр?

— Понятия не имею.

— А спрашивали?

— Не имею привычки лезть в чужие дела.

— В самом деле? — усмехнулся Наумов. — У меня сложилось о вас совсем другое впечатление.

— Это неверное впечатление. Мы закончили?

— Пока — да.

Брат Петр слегка склонил голову, развернулся и зашагал к автомобилю.

Я стоял у крыльца, пока китайский внедорожник не отъехал от бара, потом поднялся по ступенькам, и сразу приоткрылась дверь.

— Ну что? — спросил Иван, запуская меня внутрь.

— Все то же самое, — вздохнул я. — Ничего не поделаешь, теперь еще долго кишки мотать будут.

Но сам я так не считал. Кружение по краю воронки водоворота — вот что приходило на ум. И плавник поблизости — это брат Петр.

Он ведь запросто мог спросить об отношениях с Климом и Саней еще вчера, но посчитал нужным потревожить меня дополнительно. И кто знает, сколько неудобных вопросов припасено у него в загашнике? И только ли вопросов?

— Слава! — вдруг послышался крик со второго этажа. — Слава, что это?

Кричала Ирина, но не испуганно, а скорее удивленно.

Я взял занесенный Грачевым в бар карабин и поплелся на второй этаж, догадываясь, что именно вызвало изумление подруги.

Баран, забыл шкаф подлатать!

И точно — стоило только переступить через порог, Ирина ткнула пальцем в простреленную створку.

— Это что еще такое⁈

— А! Это… — Я пожал плечами — мол, пустяки дело житейское, — и встал у стены, закрывая не столь заметную отметину в ней. — Возился с карабином и забыл, что патрон дослан. Ерунда. Это контрольный спуск был, специально в стену целился.