Оставленные клыками вампира раны давно затянулись, но кожа вокруг них по‑прежнему выглядела бледной и нездоровой. Да и шрамы были какими‑то нездоровыми на вид и синюшными.

— Уверен, врач имел в виду не это, — пробухтел Грачев и легонько толкнул ногой скамью для жима. — Скоро одни снаряды здесь и останутся…

— Ой, да не начинай ты!

Я кинул полотенце на спинку стула, прошел к висевшей в углу груше, стукнул правой, левой и поморщился из‑за рези в прокушенном плече.

Больно. Блин! До сих пор не оклемался полностью!

— Как пиво по летним кафешкам расходится? — спросил я, стягивая через голову промокшую от пота майку.

— Хорошо расходится. Деньги зажать пытаются, но я в кредит только первую партию отпускаю. И трамблю потом постоянно. Платят в итоге. Вообще, если так и дальше пойдет, к концу августа все распродадим. Варить надо!

— Не начинай лучше, а? Это же промо‑акция! Июнь, июль люди пиво пробуют, в августе начинают сюда подтягиваться, у кого деньги есть. Зиму уже с нами.

— Где с нами‑то⁈ — не выдержал помощник. — У нас и так вечно аншлаг! Надо расширяться! Гельман предлагал на первом этаже ресторан открыть, почему бы не попробовать?

По всем документам собственником бывшего здания штаб‑квартиры Патруля значился я, но по факту использовал лишь подвал, а всеми остальными площадями распоряжался Артем Гельман. Неофициально. Официально же там располагалась транспортная контора «Форт‑Логистика», к которой опять же официально заместитель начальника Патруля никакого отношения не имел.

Конспирация!

Открыть на первом этаже ресторан проблем не составляло, но рентабельность подобных вложений вызывала у меня большие сомнения. Слишком уж место непроходное. Метров через триста Красный проспект упирался в городскую стену; с нечетной стороны подходила частная застройка, а в двухэтажных домах с четной жили в основном китайцы. Состоятельный люд из Лукова традиционно отдыхал в развлекательных заведениях на местном рынке, а китайцы полагали престижным отужинать в расположенной неподалеку «Цапле».

Но всего этого я объяснять Ивану не стал, лишь махнул рукой.

— Не взлетит.

— А здание, которое Клондайк предлагал выкупить?

Выкупить? Хм… скорее отжать.

— Поговорю с ним.

— Когда?

Вот пристал, прямо банный лист!

— Как время будет, так и поговорю, — вздохнул я. — Других забот полон рот. Все, мне в Госпиталь пора.

Я поднялся из подвала, обернул полотенцем кастрюлю с кипятком и унес ее в баню. Там быстро сполоснулся, переоделся в чистое и вышел на задний двор.

На улице — благодать. Ясное небо, яркое солнце, теплый ветерок.