Спускаясь по тропинке вниз, продолжаю обдумывать своё положение. В теории я могу отказаться от наследия корректировщиков и начать жизнь с чистого листа. Шанс мне предоставлен. Церковь на меня не выйдет, если я не стану забавляться с реальностью. Уверен, наш класс вычисляется по последствиям вмешательств в физический план, а не по потенциалу возможностей. А этот потенциал, кстати, может во мне проснуться и без учителя…
Прокачивать себя или нет?
Техники-то запрещенные.
К тому моменту, как я добираюсь до полуразваленной автобусной остановки, ответ намертво впечатывается в подкорку. Меня ведь не оставят в покое. Спецслужбы и те, кто вырезал боковое ответвление рода Друцких, не успокоятся. Наймут другого шиноби, более крутого и компетентного. Станут землю рыть, но докопаются до правды. И придут за мнойсюда .
Я должен подготовиться к этой встрече.
Глава 18
Чудище протяжно ухнуло, раскрыло пасть и уставилось на меня. Поначалу я решил, что всё это дерьмо мне снится, поэтому отреагировал на появление визитера спокойно. Сами подумайте: вы просыпаетесь незадолго до рассвета и видите массивную пернатую тушу, вцепившуюся когтями в ограждение террасы. Монстр размером с шестилетнего ребенка. С крыльями и клювом. С глазами-бусинами и шарообразной головой. Сова и не сова. Не пойми что. А когда зверюга распахнула зубастую пасть, я понял, что клюв — это не клюв, а, по всей видимости, нос. Черный провал, усеянный острыми клыками, как бы намекал, что мне пора обратиться к психиатру. Таких животных просто не бывает. Ни в моей старой реальности, ни в этой, новой.
— Ух, — сказало чудовище. — Вставай, лежебока.
— Зачем? — возразил я. — Тебя нет. Сейчас я проснусь, и всё закончится.
— Не закончится, — ухмыльнулся пернатый демон. И совершил весьма любопытный трюк. Перенес массу тела на одну лапу, расправив крылья, а второй лапой потянулся к москитной сетке. Щелк — и дверной проем открыт. Лапа, как мне показалось, растянулась, словно резиновая. Такому фокусу позавидовал бы и Юрий Долгорукий. — Потому что это не сон, дружок. Тебенекуда просыпаться.
Я сел в кровати.
Скрестил ноги.
И внимательно посмотрел на чудовище. Создание пыхтело, восстанавливая равновесие на перилах. Темный силуэт был слегка подсвечен ущербной луной и четко вырисовывался на фоне звездного неба.
— Ты кто? — не выдержал я.
Игра в гляделки начала напрягать.
— Посланник.
Голос у монстра был глухим и шелестящим, словно шорох перебираемых ветром осенних листьев.
— Чей?
— Меня направили те, кто перебросил тебя в этот мир, Ярослав.
Я невольно покосился на спящего Сыроежкина.