А вот бортового компьютера я не заметил.

Подозреваю, что Тьме не по нраву «цифрокор».

Интересно, долго он ждал подходящую модель? Я представил Василия Тьму с вытянутой рукой на обочине и с трудом подавил улыбку. Вблизи этот чувак оказался достаточно массивным и широкоплечим, хотя мне могло и показаться.

— Когда ты применил… свой фокус, — процедил Тьма, повернувшись ко мне, — Витольд отвлекся. Мы такого еще не видели, знаешь ли. Чтобы проламываться прямо через стену жилого дома… В общем… его убил этот… Иннокентий.

— Понятно, — протянул я. — Извини, друг.

Тьма недовольно засопел, но сдержался.

Машина плавно тронулась с места.

— Про эти твои приемчики мы еще поговорим, — заверил Василий.

Я молчу.

Помощник экспедитора — это как Подмастерье у стихийников. Вроде, ничего страшного. За одним лишь исключением. Тьма непостижимым образом ускользнул от церковников, сумел отыскать меня и продолжить преследование. Хрен его знает, как. Прежде чем атаковать, надо хорошенько взвесить свои шансы. С Иннокентием и Никоном я, например, справиться не могу. Разве что обмануть или замедлить их продвижение.

— Куда теперь? — уточняю я.

— В цивилизацию, — рычит Тьма. — Я уже по горло сыт этим Мухосранском.

Мы едем на сорока километрах в час.

Сумерки, перемешанные с туманом, давно переступили черту непроглядной вечерней мглы. Изредка я вижу огни встречных машин, врубивших противотуманные фары. Начинает накрапывать мелкий дождик, затем морось прекращается. Дворники меланхолично скользят по лобовому стеклу. Всё это время у меня на минималках работает «чутье», поэтому активность на астральном уровне я успеваю засечь. Некий механизм, усиленный артефактами. Прямо над нами.

— Осторожно, — предупреждаю Василия.

— Что?

И в этот момент дрон, зависший в пятидесяти метрах над дорогой, выпускает ракету. Не простую, а ножевую. Ракета должна пробить стекло, раскрыть венец вращающихся лопастей и превратить мою голову в фарш, но Тьма сбрасывает скорость, и нам прилетает в переднее колесо. Глухой удар, тачка вильнула вбок. Василий судорожно вцепился в руль, попытался выровняться, но нас занесло на влажном асфальте и потащило к обочине.

— Гадство, — выругался Тьма.

Вторая ракета врубается в радиаторную решетку.

Мы окончательно теряем управление и вылетаем в кювет. Я выставляю кинетику, Василий тоже что-то активирует. Автомобиль переворачивается, ударяется о землю и вспахивает влажный грунт, оставляя позади глубокую борозду.

Подушки безопасности раскрываются одновременно. Первая вылезает из центра рулевого колеса, вторая — из приборной панели. Неадекватное торможение Тьмы вынудило меня пристегнуться — именно поэтому я не свернул себе шею при падении. Мешок заполняется азотом и вдавливает меня в спинку кресла. Водительская подушка гораздо скромнее, но и она мешает агенту расквасить губы.