Единственное, чего я смогла добиться за целую неделю, - молчаливого присутствия Данира на моих ужинах. Он не ел со мной, конечно. Просто придвигал стул к стеклу, открывал планшет и углублялся в работу. Но даже это было спасением. Все это - звук его дыхания, шелест одежды, легкий скрежет стилуса по экрану, редкие щелчки клавиатуры - было доказательством существования другого живого мыслящего существа рядом. За эти дни «совместной работы» я поневоле начала присматриваться к замкнутому кайронианцу. Сначала он пугал меня - высокий, с резкими жесткими чертами лица нечеловеческой красоты и пробирающим до костей взглядом. Но постепенно я стала замечать другое. Легкую складку между бровей, когда он сталкивался с новыми данными, привычку закусывать губу, если что-то не сходилось в расчетах, упрямый взмах головы... Он не был безжалостным. Просто другим. Не человеком, но все же ученым.
Поглощенным, почти одержимым, замкнутым в своей голове, в загадке, которой сейчас была я. Иногда краем глаза я ловила на себе его задумчивый взгляд. И в нем мелькало что-то странное, почти... участливое? Но стоило мне повернуть голову, как кайронианец тут же отворачивался, и его лицо вновь становилось безупречной ледяной маской.
Это сводило с ума сильнее всего. Мимолетная надежда на щель в его броне - и мгновенное разочарование. В один из таких вечеров, когда Данир, как обычно, молча сидел с планшетом, пока я ковыряла ложкой в тарелке, тишина стала невыносимой. Она гудела в ушах, заполняла легкие, давила на грудь. Мне нужно было её разорвать. Хоть чем-то.
- Спасибо, - тихо сказала я, не глядя на него. - Что остаетесь. Он не ответил. Даже не поднял головы.
- Как... продвигается ваше исследование? чувствуя, как начинает гореть лицо от неуместного вопроса. выдавила я еще тише,
На этот раз Данир среагировал. Он хмуро, почти раздраженно посмотрел на меня, а потом резко поднялся и отошел к столу.
Паника, острая и горькая, сдавила в горло. Если он уйдет, я останусь одна, в абсолютной тишине, от которой так плохо, что хочется лезть на стены.
- Простите, - прошептала я, опустив голову. -
- Я... замолчу.
Данир не ответил. И в этот момент во мне что-то сорвалось. Неделя страха, одиночества, унизительных процедур и этой невыносимо-вежливой дистанции. Слова потекли сами.
- Помнишь того урода с «Генезис-Корп»? - начала я, гладя Марса между ушами. Он мурлыкнул, уткнувшись мордой мне в ладонь. - Постоянно находил повод подойти к моему столу. С этой мерзкой улыбочкой ронял отчеты на пол и просил поднять. От него даже пахло пошлостью... В тот день мне пришлось взять тебя с собой на работу, и ты сидел у меня в переноске под столом. И как на зло, именно в этот момент придурку приспичило «обсудить мой карьерный рост без свидетелей». До сих пор помню, как испугалась, когда он заблокировал дверь и полез ко мне... Я замолчала, уткнувшись лицом в мех Марса, и заново переживая тот липкий ужас и беспомощность. Кот, почувствовав мое настроение, тихо заворчал.