Как выяснилось, я ошибся не очень сильно.

— Так, первым делом — где у вас сантехническая комната? — спросил он и в ответ на беззвучный кивок бати проследовал туда, буркнув. — Пока подготовьте отчёты.

Не выходил долго, минут десять, слышалось журчание воды, какие-то невнятные бурчания с возгласами «о, наконец-то».

— Только бы у них базы не обновились, — прошептал Арсен.

— Какие? — не понял я.

— Разыскные. Из Иерусалима.

Наконец, дверь отворилась, и наш ревизор вышел весьма с подобревшей физиономией, мокрыми волосами, застёгивая на груди лёгкий скафандр.

— Хм, ну, спасибо. Знаете, мы тут третьи сутки околачиваемся.

— Наказали вас, что ли? — улыбнулся батя.

Погранец нахмурился, пробурчал и стал рыться в браслете — не таком, как у нас, а в обычном, раскладывающемся в планшет.

— Вовсе не наказали. А вас вот сейчас накажу! Почему у вас логи очищенные? Я же вижу, что тут не всё в порядке, глаз у меня намётан.

Логи у нас всё ещё собирались полу-автоматически, и в дополнении батя предварительно сказал мне залезть в ломанутую сто лет назад консоль бортового супер-админа и вычистить всё подозрительное. Это я умел хорошо. Я взглянул на отца.

— Путевой лог не очищенный. Мы их вручную собираем. У нас электроника релейно-ламповая у большинства устройств.

— Ну и что? Нельзя, что ли, на эту релейно-ламповую налепить нормальные датчики? Сгорят — новые поставите! В общем, это всё отмазки. Вы запросто можете быть преступниками, а мне потом отвечать.

— Ну и как мы решим этот вопрос? Знаете ли, у нас не такой уж богатый бюджет, чтобы при каждой аварии менять датчики. А рейсы мы часто совершаем в Дальний восток — вот, как и сейчас. И пару раз под электронные бомбы уже попадали.

Пограничник нахмурился. Видимо, не часто через его края проходили смельчаки, направляющиеся в столь отдалённые края.

— Ладно. Штраф семь тысяч уральских кредитов, — он скинул голограмму документа отцу на браслет.

Тот кивнул, молча достал имперскую карточку.

— У меня только имперские кредиты. У вас же нормально обменяется? Какой сейчас обмен?

— Один к пятидесяти пяти. Обменяется, — кивнул имперец.

— Хорошо!

* * *

К большой орбиталке пришвартовались на пятые сутки. Первым делом я отпросился у бати, побежал в ближайшую столовую и навернул две порции нормального орбитального борщеца. Мы остановились на пять часов, и в планах было много чего — искупаться в полноценной душевой, потом пройтись по клубам настольных игр или интеракт-студиям, и завести пару ни к чему не обязывающих знакомств. Нет, про Дину я помнил и даже верил, что она действительно будет меня ждать, однако после такого внезапного опыта очень хотелось новых приключений на пятую точку.