— Протокол «Бастион»! — выкрикнул Ильич.

Я впервые наблюдал в действии этот чудовищный по своей простоте и надёжности протокол защиты от чрезвычайных происшествий.

В полуметре от треугольного капитанского мостика с потолка сорвалась здоровенная, во всю ширину палубы чугуниевая бронеплита. Просвистев в каких-то сантиметрах от носа Цсофики, она проскрежетала в шарнирах, загремела и остановилась — похоже, нашу броню прижали в пазах мощные электромагниты. Цсофика сначала отшатнулась, подошла к листу, положила топор на пол и ощупала. Нижняя кромка брони зависла в паре сантиметров от пола, Цсофика подцепила броню руками, напрягла свои нечеловеческие механические бицепсы и потянула. Лист слегка прогнулся, словно дно огромной консервной банки, а затем с грохотом вернулся в прежнее положение.

Цсофика выругалась, пнула ногой топор — он опасно просвистел в воздухе и приземлился всего в полуметре от ноги Арсена, затем села на пол, опершись о броню и совсем по-девичьи захныкала.

— Куда… Ну куда ты меня везёшь… Маньяки чёртовы!

— Я не маньяк, — нахмурился батя и скривился в ухмылке, покосился на меня. — И мне совсем не хотелось тебе, ну… зла причинять, и всё такое.

Арсен всё ещё был на взводе, но уже слегка остыл, он подошёл к аптечке и возился с пластырем.

— Кто она, Шон Рустемович! Кто ты такая, больная кибернетическая… дура! Что ты у нас на корабле делаешь⁈

Батя медленно шёл по палубе, словно птицелов, боящийся спугнуть птицу из ловушки. Цсофика именно так и выглядела в своей ночной сорочке — пойманной и жалкой, вовсе не опасной. Хотя я впервые так вблизи оценил, на что способен киборг.

— Я ж тебе уже всё объяснял, ну? Куда везу и зачем. И почему укрываю. Я ж тебе, блин, картошечку принёс, что, не вкусная была?

— Вкусная.

— Итак, куда я тебя везу?

— К папаше моему везёшь. В Бессарабию. Только я не верю тебе нихрена. И это ещё вопрос, хочу ли я обратно!

— В… Бессарабию⁈ — Арсен посмотрел почему-то на меня и растерянно захлопал глазами. — Что мы там забыли? Это же не наше направление! Это же второе направление, а мы четвёртое, наш удел — Империя, Таймыр да микронации!

— Было не наше, станет наше! — рявкнул батя, затем как-то смягчился. — Это очень выгодное и благородное поручение. Стыковые рейсы делать можно. И я выпросил командировку до границы в ту сторону под предлогом закупки и замены синих гипототемов.

— Получается… получается, ты даже от товарища замдиректора направления это скрыл? — удивился Арсен? — И давно она у нас на палубе, а?

— Четыре месяца, — сказала Цсофика.

— Четыре месяца? Четыре, блин, месяца, и мы про это не знали⁈ Кто… кто ты такая? Ты ж модификантка, как ты выжила в Бессарабии?