Тридцать минут. У меня есть тридцать минут, понял я, закончив надевать скафандр. Захватил два страховочных ремня. Подключил браслет к переговорному устройству, нажал рычаг, открывающий дверь в шлюз, закрылся. Коленки продолжали трястись.

— Говорит капитан корабля «Молотов» Шон Куцевич. Ни о какой гражданке ничего не знаю. Я думал, вы пираты, поэтому… и валил от вас. А вы, получается, грязные охотники за головами! Идите к чёрту!

Небольшая пауза, и имперец снова забубнил.

— Уважаемый, вы понимаете, что рискуете жизнями и целостностью корабля. Рекомендую подготовить шлюз к стыковке.

Я распахнул дверь в космос, машинально отшатнувшись назад. Затем выглянул, прикинул план перемещения. «Садовод Якимлюк» был в этом плане удобнее нашего Молотова — вдоль бортов шли достаточно широкие, в тридцать сантиметров рёбра-площадки, огороженные тросами. Вылез, перевалился через борт, шагнул. Дверь шлюза закрылась, пути обратно не было.

Батя тем временем не унимался.

— Повторяю, у нас никого нет, только я, сын, мой старпом и холодильники! И вы угробили моего робота! Я не могу подготовить шлюз к стыковке! Вы его сломали! Он у меня один был, который может стыковаться с имперскими судами! И вы его продырявили!

Зашагал вдоль стенки — пройти следовало всю длину корабля, шестьдесят с лишним метров, перелезая через некоторые препятствия и коммуникации. Но это было ещё не так страшно, главная проблема была дальше — «Молотов» всё ещё был пришвартован коротким гибким коридором, уже изрядно перебитым. Как пересекать его — я пока не знал.

Шаг за шагом, метр за метром. К середине осмелел настолько, что перестал перецеплять страховки и просто шагал вперед, не глядя по сторонам. Но в конце, все же, оглянулся — в сторону тусклого серого шарика, которые почему-то издревле зовут коричневыми.

Прямо под ним виднелся сверкающий треугольник с отсветом гравитационного волчка и маневровых движков. Сначала мне показалось, что катер коллекторов далеко, но потом я прикинул размеры корабля и по спине пробежали мурашки. Нас разделяло меньше километра. С такого расстояния можно попасть даже шарпометом средней мощности, не говоря уже об огнестреле.

Я начал спускаться вниз по лестнице. Наш корабль стыковался под небольшим углом, и отсюда уже можно было увидеть стыковочный коридор. Ракета — или ее отделяемая боеголовка — рванула в десятке метров от коридора. Там, где смыкаются границы поля нашего и варвариного волчков. Заботливые космические зверюги уберегли корабль, удержали полем, и большинство обломков кружились теперь под килем и в десятке метров от корпуса. Коридор выглядел почти что целым, но рваные пробоины все же виднелись.