Сайин, услышав приговор, лишилась чувств. Когда же пришла в себя, то поняла, что её мечта о красивой жизни и восхищённых взглядах закончится в сырой пещере, полной голодных летучих мышей. Её повели под конвоем стражников и монахов к Белым скалам. Что касается чудесного платья, судья постановил его сжечь. Однако, как ни старались служки, платье отказывалось гореть. Извели целый воз дров, а на нем не появилось и черного пятнышка. Это немудрено, ведь платье получило часть сущности Ни, а она была зачата с помощью духа огня, тенгуя. В итоге, слухи о волшебнице и чудесном платье дошли до Шио. Он приказал тщательно изучить эту одежду. Для этого платье было передано в Черный дворец. Там оно и оставалось, пока госпожа Манаи не стала императрицей и не вернула эту вещь себе. Но это произошло несколько позже.

Меж тем Гэнта потерял покой. Он постоянно корил себя, что ему не хватило смелости спасти чудесную девушку. Он вспоминал ее заплаканное лицо, и оно все больше казалось ему самым прекрасным, что он видел в жизни. Но Юэю было намного проще, он убил стаю коршунов и стревятников, что преследовали маленькую птичку. А Гэнта не мог же наброситься на господина Куроду. Он часто плакал, представляя, как Сайин умирает в пещере. И яркая вспышка озарила его душу. Он все еще может ее спасти, главное поторопиться! Не медля, Гэнта вскочил верхом на ослика и отправился к Белым скалам. Юноша прибыл туда вечером. Сайин уже второй день находилась внутри.

По пути Гэнта раздобыл грубую одежду и высокую плетёную корзину, какие носили монахи Нищенствующего Ордена Сокрытой Тени. Эти подвижники странствовали по дорогам империи, закрывая лицо корзиной, дабы скрыть себя от мира, при этом не уходя из него. Переодевшись таким образом, Гэнта пришёл к обители у Белых Скал и попросил приютить его на ночь как странствующего собрата. Монахи, не заподозрив ничего, дали ему немного риса с кореньями и позволили остаться в одной из дальних пещер.

Когда в обители закончилась вечерняя медитация, всё стихло и монахи погрузились в сон, Гэнта тихо поднялся и прокрался к той пещере, где была прикована Сайин. У входа стояли на страже два монаха. Однако вместо бдительной службы они предались плотским утехам: один стоял на коленях перед другим и усердно ублажал его верхними губами. Многие полагают, что подобная практика изобретена лисами, но я точно знаю из надежных источников, что эти ласки придумали монахи еще при династии Ику. В те далекие времена они называли это «Добыванием сокровенного нектара». Это имело и практический смысл, поскольку их пища была весьма скудна. Как вы знаете, многие монахи до сих практикуют подобное, особенно когда им скучно. Более того, знаменитый подвижник Токудзи в своей аскезе достиг небывалой гибкости, чтобы делать это самому себе в полном одиночестве. А в наше время есть орден, члены которого так расплачиваются за ночлег с хозяевами, что их приютили.