— Большое спасибо, — сказал Высоцкий, когда футболисты их жёны и подруги исполнение очередной песни встретили дружными аплодисментами. — Может быть, в зале есть какие-то вопросы? Пожалуйста, не стесняйтесь, задавайте.

— По Москве ходит много слухов, что у вас не всё в порядке со здоровьем, когда вы, наконец, ляжете на медицинское обследование? — Спросил я. — Здесь собрались почти одни спортсмены и каждый подтвердит, что запускать травмы и болячки — это недопустимо.

— Словно мухи, тут и там, ходят слухи по домам, а беззубые старухи их разносят по умам, — отшутился Владимир Семёнович и, отставив гитару, упёрся руками в стул и сделал «крокодила», такое упражнение, когда всё тело на локтях замирает параллельно полу.

Тут же послышался смех и редкие хлопки в ладоши. Смеялись, конечно, надо мной, а хлопали нашему гостю, который демонстрировал какой у него замечательный пресс, мышцы ног и спины. Но вдруг поэт покачнулся и рухнул на пол, после чего захрипел.

— Врача! — Заорал я. — Мужики из духоты нужно срочно вынести Высоцкого на воздух! Быстрее помогите!

Я перескочил через передний ряд и подлетел к поэту, который хрипел, что всё нормально.

— Нихрена не нормально, — прошептал я и с Романцевым, Хидиятуллиным и Ярцевым аккуратно перенёс Высоцкого на улицу, где к нам уже с аптечкой подбежал врач команды Виктор Челноков. — Разойдитесь! Разойдитесь! — Закричал я, вновь разгоняя зевак. — Это нервное! Это пройдёт!

— Что с ним? — Нащупав пульс, спросил доктор.

— С сердцем что-то, в духоте поплохело, — пожал я плечами и задал вопрос поэту, который всё ещё пытался улыбаться. — Теперь вы верите, что в Среднюю Азию на гастроли ехать категорически нельзя?

— Живы будем, не помрём, — просипел он. — Что-то воздуху мне мало: ветер пью, туман глотаю…

— Пропадаю, пропадаю, — прошипел я, пока врач что-то искал в своей сумке. — Так думать — это самоубийство, а самоубийство — это смертный грех. Надо жить, надо работать и творить, потому что если все талантливые люди загнуться от водки и от простуд, то на их место придут козлы и всё прострут.

— Все не загнуться, — прохрипел Высоцкий и без всяких медикаментов приподнялся с зелёного газона.

* * *

На следующий день происшествие с Владимиром Семёновичем быстро забылось, ведь футбольный календарь так насыщен и стремителен, что не даёт времени оглянуться назад и посудачить о том и о сём. Тем более поэт, немного полежав на травке, закончил концерт бодрячком, получив немалую долю восторженных комплиментов от наших дорогих дам.

Нам же в этот четверг 7-го июня задача предстояла не из лёгких. На стадионе «Локомотив» 30 тысяч человек вновь жаждали увидеть очередную победу нашего «Спартака». Но, как и на тренировке, как и в прошлой игре со СКА, мы бились об защиту наших гостей, «Крыльев Советов» из Куйбышева, словно головой в бетонную стену. Ростовские армейцы хоть иногда переходили в контратаки, а «крылышки» заранее вышли умирать в защите, но не пропустить.