— Николай Петрович, можно я скажу? — обратился я к «деду».

— Только коротко, — крякнул Старостин.

— Товарищ Бензакур, — сказал я деловому мужику в феске, — если вы не хотите, чтобы мы напихали вам ещё 6 штук, то мы готовы рассмотреть такое предложение: вы нам подарите сувениры в виде кожаных курток, которыми славится ваш город Фес, а мы так и быть — сгоняем второй тайм вничью. Миру мир. Правильно, мужики? — спросил я команду.

— Да-да, мир, труд, май, — загоготал Гаврилов и все парни радостно закивали головами.

— Мы народ не кровожадный, — поддакнул Ринат Дасаев. — К тому же очень любим заморские сувениры.

«Студент» перевёл и мои слова гражданину Бензакуру, и его лицо из кислой и унылой улыбки медленно превратилось в гримасу, на которой читалась одна простая фраза: «Да вы, москвичи, совсем охренели». Однако, подумав несколько секунд, хозяин фесского «Магриба» с нашим предложением согласился. Возможно, этот деловой мужик сам был владельцем кожаной фабрики и потерю имиджа «успешного человека» счёл меньшим злом, чем потерю 25-и курток, ровно по числу человек нашей московской футбольной делегации.

* * *

Днём в среду 5-го декабря на традиционное купание в холодном бассейне вышел только я один. Вчера из Феса мы прикатили где-то в полночь и успели ещё сходить на местную дискотеку. А сегодня из древней столицы королевства города Марракеша команда прибыла в 3 часа ночи. Поэтому народ перед сегодняшним вечерним матчем против любимой команды короля Хасана Второго тупо отсыпался и отлёживался.

Что касается результатов прошедших игр, то фесский «Магриб» мы обыграли со счётом 2:7, а «Кавкаб» из Марракеша раскатали — 0:6. И вроде по цифрам получалось совсем неплохо, лично я сделал два хет-трика, но если «Магриб» являлся действующим чемпионом Марокко, то «Кавкаб» был одним из аутсайдеров местной высшей лиги. Следовательно, наша красно-белая дружина из-за длинных выматывающих автобусных путешествий постепенно выдыхалась. По этому поводу Николай Старостин сегодня утром позвонил в посольство и потребовал, чтобы впредь нам давали хотя бы день отдыха. На что его уверили, что после сегодняшней игры в расписание будут внесены нужные изменения.

— Хэлло, Володья, — поздоровалась со мной француженка Мишель, которая сюда приехала отдыхать со своей младшей сестрой, и с которой я вчера имел неосторожность один раз потанцевать.

— Хай, — кивнул я, плывя медленным и расслабляющим тело брасом.

— Вы хотеть сегодня поехать в пустыня? — спросила она на ломанном английском языке.

— Мы сегодня хотеть спать, — усмехнулся я, ответив на таком же ломанном английском. — Мы, Мишель, сюда приехать играть, а не отдыхать. Мы тут работать.