— Каждый с каждым! — заорал я, требуя от своих партнёров, чтобы они поплотнее прихватили футболистов «Нефтчи».

И тут пошла подача от углового флажка в район 11-метровой отметки. «Мать!» — выругался я и, вспомнив одноимённый роман Горького, заметался на линии ворот, понимая, что эту подачу прервать не смогу. И вдруг выше всех выпрыгнул Вагиз Хидиятуллин и головой вынес мяч куда подальше.

— Аааааа! — обрадовались зрители на трибунах.

— Вроде пронесло, — буркнул я себе под нос.

Однако мяч в поле перехватили настырные гости. Кто-то из их полузащитников сделал пас на наш правый фланг. И через секунду пошла ещё одна подача прямо во вратарскую площадь, это такая маленькая площадочка, что находится внутри штрафной. И мне ничего не оставалось, как смело рвануть на мяч, выпрыгнуть и двумя кулаками выбить футбольный снаряд обратно в поле, желательно кому-то из своих парней.

«Ничего, не Боги горшки обжигают», — усмехнулся я про себя, когда мяч прилетел к Фёдору Черенкову, и тот по-деловому его остановил и начал перепасовку с другими парнями, которую мы отрабатывали буквально на каждой тренировке. Футболисты «Нефтчи» бросились большими силами прессинговать, как вдруг Юрий Гаврилов одним длинным пасом разрезал всю оборону гостей. На эту передачу откликнулся Сергей Шавло. Серёжа лихо пролетел по левому краю, срезал угол на ворота Крамаренко, и, не сближаясь с самим голкипером, низом послал мяч точно в сетку.

— Гоооол! — закричали болельщики в красно-белых и во всех остальных шарфах.

— Даааа! — заорали мы и побежали обниматься, понимая, что это уже победа.

* * *

— «Спартак» — чемпион! «Спартак» — чемпион! — скандировали трибуны, когда спустя 15 минут наша красно-белая дружина делала круг почёта по стадиону, на табло которого горел вполне достойный счёт — 3:0.

— Чё там насчёт машин, ничего не слышно? — спросил меня Хидиятуллин, когда мы трусцой семенили по беговой дорожке.

— В газетах пишут, что наш автопром силён как никогда, — захохотал я.

— Обещали списанные «Мерседесы» подарить, — соврал Гаврилов.

— В каком смысле списанные? — опешил Вагиз.

— У дипломатов заберут, нам отдадут, — подыграл я Юрию Гаврилову.

— А мне шо дадут? — заинтересовался Заваров.

— Старый Юркин «Запорожец» и ящик с болтами, — снова расхохотался я, так как нервное напряжение только сейчас стало меня немного отпускать. Всё же один раз я команду выручил, перед самым финальным свистком один дальний удар взял намертво, сохранив ворота не в прикосновенности.

А после круга почёта к нам устремились десятки фотографов, чтобы запечатлеть наши усталые, чумазые и довольные физиономии. «Спартакиада — раз, кубок СССР — два, чемпионат страны — три, — думал я и улыбался в объективы фотокамер. — Нормально для первого футбольного сезона. Кроме того следующий сезон 1980 года будет гораздо круче».