Мы с другой переглянулись. Уголки его губ чуть приподнялись и он кивнул, но прут не убрал, а засунул его за пояс. И взялся за грабли, тоже принимая участие.

Буквально через несколько секунд к нам присоединилась и Лакси, вчетвером работали быстрее до самого заката. Драконица иногда убегала и приносила то графин с водой, то фрукты или причудливые бутерброды, которые в нашим с Толиком мире точно бы не подали к столу, но на вкус они были ничего, съедобно. Мовран всё пыхтел, но уже без огонька, даже материться перестал и тихо, как сыч, делал свою работу. А когда никто якобы не смотрел, что дракона не обманывало с его обострёнными чувствами, бросал взгляды на довольную сестру и на нас с Толиком.

— Ты, как там тебя, — буркнул он мне, подкравшись с лопатой. — Иди помоги сестре с чем-нибудь. Мне надо с отцом поговорить.

— Ого, это просьба? Неужели сам великий Мовран внезошёл, чтобы попросить что-то у этого ничтожества? — признаюсь, не удержался, слишком потешно дракон реагировал на подначки.

Вот только он не ответил в привычном ключе. Хотел, да, видно было по его покрасневшему от гнева лицу и затрепетавшим ноздрям, но сдержался.

— Можешь считать, как хочешь, мне плевать. Свали отсюда, ты лишний.

Я хмыкнул, закинул грабли на плечи и кивнул. Сказал, конечно, грубо, но это уже прогресс. Можно было бы ещё его зацепить, но не стал, не зачем дёргать дракона за хвост лишний раз.

Направившись в ту сторону, куда Лакси убегала за закусками, я бросил напоследок взгляд на Толика. Тот тоже уже всё понял и, посмотрев мне в глаза, кивнул.

Не поверю, что единичная работа в саду исправила всю ситуацию, но начало положено. Пусть пообщаются без свидетелей, может и выйдет что-то.

Так, а теперь надо посмотреть, что сохранилось в запасах Лахимы. Храм большой, секретов в нём много, но пока что — пойду посмотрю кухню, а ещё спрошу Лакси на предмет того, что можно приватизировать отсюда для нашей цели.

* * *

Второй мир — Гордуун

Дворец Идризера

Огромный тронный зал, возведенный слугами, как и весь дворец, был погружен в полумрак. Лишь факелы, горящие ядовитым жёлтым пламенем давали хоть какой-то свет. Тени невидимых загубленных и плененных душ мелькали среди стен, под потолком, в темноте, звучали тихие стоны их агонии. В этом месте не было роскоши, не было статуй и золота, как любили украшать свои дворцы смертные. Лишь мрак, тьма, боль и смерть.

И здесь, сейчас, было лишь одно существо. Восседая на троне, сделанном из черепов сильнейших воинов захваченных миров, Идризер подпирал подбородок рукой и держал глаза закрытыми. Вся поза одного из могущественных Владык говорила о том, что он будто бы спокойно отдыхал, находясь в полудреме.