— А вот теперь, Костя, нам пора поговорить предметно…
Глава 13
— А вот теперь, Костя, нам пора поговорить предметно…
Не такого первого знакомства и первой беседы я ожидал от императора. Его некоторое дружелюбие и радушие вначале мне даже импонировало, так легче найти общий язык, нежели говори мы с позиции официоза. И если ранее передо мной сидел на первый взгляд добрый мужчина с понимающей улыбкой, то теперь всё изменилось.
Сама фигура государя — а он был довольно крупным — будто стала больше. Тени сгустились в и без того мрачном из-за погоды за окном кабинете. Краем глаза отметил, что те колыхались, будто живые, как от огня. Взгляд Михаила Петровича стал жёстким, холодным.
Вот теперь передо мной сидел Император. Человек, одно слово которого может возвысить на самый верх или низвергнуть в пучину отчаяния. Даже его аура, пропитанная Тенью, стала для этой концепции густой, властной.
Силён. Даже очень силён. Идеальный контроль дара, последовательное давление аурой, никакого дрожание энергии вокруг него. Пожалуй, в этом он того же Перуна превосходит на несколько пунктов.
Я много ожидал услышать. Возможные слова о том, что Розали стала артефактом. Или слова о том, что моё ранее озвученное намерение по поводу неё просто фантазия мальчишки. Да… я многое был готов услышать, но не то, что он сказал.
— Для начала ты должен понять, твоё желание не осуществимо. Розали — мертва, — рубанул император с плеча без какой либо жалости.
Не знаю, дело ли в том, как это прозвучало. Сухо, бескомпромиссно, в какой-то мере жестоко. Либо же всё дело в самой постановке слов и контекста. Но стоило мне услышать это… И кровь буквально вскипела в жилах за долю мгновения.
Аккуратная чашка из явно дорогого фарфора разлетелась осколками. Остатки горячего чая каплями расплескались на пол и штаны, а осколки превратились в труху, не в силах повредить кожу.
Никогда не считал себя вспыльчивым человеком. Что в прошлой жизни, что в этой. Даже при перерождении в Бога всегда старался сохранять голову холодной за редкими исключениями. Но сейчас во мне начинала разгораться такая ярость, которую даже твари Хаоса при всём желании не вызывали.
Мебель в кабинете стала подрагивать. Энергетический фон подскочил до таких высот, что стал искажаться воздух, а вокруг меня появились синие всполохи пламени. Обивка кресла задымилась, острое обоняние почувствовало запах жженой кожи.
Дверь за моей спиной распахнулась и оттуда повеяло мощной угрозой, но император, не отрывающий от меня свой немигающий взгляд, махнул рукой. Его статс-секретарь в тот же миг успокоился и ушёл, тихо закрыв дверь.