А я продолжал убивать. Нести смерть всему, что было отмечено Хаосом.

Феникс издал громкий, оглушительный клёкот и взелетел в небеса. Те вспыхнули в синем огне, а мелкие язычки пламени стали падать вниз подобно хлопьям снега. Хотя, это был не снег, а пепел. Очередная орда тварей вспыхнула, будто десятки свечей, а раненные люди наоборот обретали силы. Их израненые, уставшие тела восстанавливались. Мышцы наливались небывалой силой, а внутренний резерв ядра восполнялся одним мощным рывком.

Сверху спикировал очередной Вестник. Омерзительная тварь навроде спрута, с щупалец которого сочилась белесая жидкость, по своей структуре не уступающая кислоте. Единственный глаз, занимавший всю морду, по бокам которого находились две оскаленные кривые пасти, впился в меня. С ненавистью и желанием сожрать.

Вот только не повезло ему. В одно мгновение его разорвали когти драконицы, чья чешуя отливала белоснежным светом с вкраплением сиящих звёзд. Издав громкий рёв, принявшая свой истинный облик Лаксазия отбросила две части Вестника и выдохнула в толпу тварей луч звёздного света, от которого содрогнулась земля.

В небесах над нашими головами также вовсю кипел бой. Ещё один дракон, но чёрный и в разы больше, чем Лакси, сражался с целой армией летающих чудовищ. Мовран в одиночку уничтожал целые тысячи, не забывая попутно отправить что-нибудь и вниз, в одно мгновение замораживая землю на сотни метров. Одной горе и вовсе не повезло, туда пришёлся удар дракона и теперь она представляла собой один сплошной ледник.

Бой кипел повсюду. Самая настоящая резня, где особенно отличились Аранкары. Один их боец заменял собой десяток людей, устраивая бойню по всему полю битвы. Стены Цитадели никто не ремонтировал сотни лет, а потому часть из них из-за Аракаров и тварей Хаоса обзавились широкими проломами. Грохот, треск, крики и рёв. Всё это смешивалось в одну какафонию ужаса войны, а запах смерти и крови стал чем-то обыденным.

Неподалёку от меня обрушились старые постройки. Вроде бы склады. Толик взлетел вверх, раскинул руки. Огромные валуны камней воспарили в воздухе, будто их вес был меньше пера, а затем парень с громким криком отправил всё это вниз. Грохот стоял такой, что, казалось бы, застонал весь четвёртый мир. В один момент потомок Лахимы уничтожил огромную орду, закупорил точку, где те проникали в крепость, а затем улетел и стал… давить. Одна только его аура энергии раздавливала тварей в кашу, размазывала их тонким слоем. Крови было столько, что она уже залила всё и вся. По самую щиколотку.

Остальные ребята недалеко от него ушли. Их вела Розали, держась рядом со мной. Я выступал на острие, а они чуть позади, прикрывая мой тыл.