Многогранная печать с символами на языке до Исхода вспыхнула в небе, накрыв собой весь особняк.

А дальше Спицын сжал руку и небо разорвало каскадом молний! Десятки ветвистых синих копий ударили в одно место, откуда раздался громкий нечеловеческий рёв! Парочка этих же молний ударила, будто по наводке, в изменённых Хаоситов. Женщина оказалась не одна такая, были и другие, кто сейчас убивал рыцарей и бойцов поддержки из армии Российской Империи.

Арсенал едва успел уйти подальше и спрятался за тушей Алекса. Тот был воткнул ноги в землю и стал самым настоящим укрытием, приняв на себя ударную волну аркана. А паучую тварь, так и не понявшую, что произошло, буквально расщипило на атомы от молнии. Не осталось ничего, ни пепла, ни одежды.

— Надо бы помочь командиру, — тихо хохотнул Рома, достав ещё один кинжал. — А то мы явно отстаём, напарник.

— Верно, — прогудел Алекс. — Идём!

И они побежали туда, где убивали лорда Бейлиша, которому этой ночью не скрыться. Пусть ублюдок и успел подготовиться в отличии от советника Галахада, но это мало ему поможет.

* * *

Я ступал по коридору Букингемского Дворца. С меча на богатые ковры стекали густые капли крови, каждый шаг отдавался эхом среди стен, внутри которых слышны были и крики умирающих Хаоситов. Артефакты обнаружения, созданные Чёрным Кузнецом по моим чертежам работали отменно. Чётко определяли, кто заражен, а кто нет.

Позади меня шли два упакованных по самые брови рыцаря. Их латы громыхали, в руках одного — башенный щит и булава, а в другого — двуручный меч. Всё артефакты. Запитанные энергией настолько, что чуть ли не полыхали.

Возле стен и на полу лежали трупы. По одежде не сложно определить, кто есть кто, но слуг среди них было мало. В основном гвардия дворца. И если приглядеться, то в открытых ранах и лужах крови можно было заметить тёмно-жёлтые вкрапления. Хаос…

Наш путь лежал дальше. Туда, где бой уже завершился, а рыцари вытаскивали спрятавшихся не зараженных людей. Других убивали без малейшего промедления.

— Прошу! Отпустите! — в слезах билах пожилая женщина, которую волочили за собой два рыцаря. — Я ничего не сделала! Умоляю!

На заражение её уже должны были проверить, так что смерть ей не грозит. Но у страха глаза велики, а церемонится времени не было. Мир уже полыхает, Михаил Петрович резко взялся за дело. И с полной самоотдачей.

Мы ещё несколько раз натыкались на подобную картину, когда людей утаскивали дальше от битвы, позднее о них позаботятся.

А дальше… перед нами предстали богатые двери покоев, где находилась цель. Возле нее, хлебая из фляги, стоял уставший Гелиос и несколько рыцарей. На полу валялось два десятка тел гвардейцев. Все заражены.