Идея вспыхнула в голове совершенно дикая.

Из-за вот этого самого удостоверения. Сначала моя мысль, что делать с внезапно образовавшимся трупом, была проста, как грабли. От дома до реки — два шага. У понтонного моста охрана, конечно, но там же неподалеку и стихийный пляж, на котором сами же нацисты и купаются. Если дотащить тело до реки и спустить в воду, то есть шанс, что течение к утру оттащит его в сторону от города, и найдут его нескоро. А если все-таки выловят, то решат, что герр Гогензайм пошел пьяный купаться, треснулся башкой и утонул. А вот, кстати, и его вещи на берегу. Тонкий момент тут был один — охрана моста. Понтонная команда относилась к ней со всей серьезностью, даже вышку с прожектором поставили. Плюс взорванный мост уже принялись активно ремонтировать, так что на берегу еще и «тодты» тусовались в больших количествах. Проскочить мимо них всех было можно, конечно, но…

— Он говорил, что они тут давно, еще до войны, — тихим голосом сказала Злата. Об стол звякнул стакан. — С тридцать девятого года под Заовражино экспедиция стояла.

— О как… — я взял один из камешков и поднес к лампе. Точно, на них выгравированы руны. Только комплект вроде как неполный. — Ты как?

— В прошлый раз за мертвого фрица расстреляли десять человек, — сказала она. — А он был обычным рядовым.

Точно успокоилась. Дрожи в голосе не слышно, панических ноток тоже. А она кремень-девчонка!

— Злата, слушай меня внимательно, — сказал я, снова сел напротив нее и заглянул ей в лицо. — Сейчас мы от него избавимся, но мне понадобится твоя помощь. Не испугаешься?

— А теперь-то уж что? — бесцветным голосом сказала она. — Если бы он ушел живым, то завтра фрицы бы пришли за Фимой. У Даши дочку забрали, потому что она сильно заикалась и хромала… А Фима…

Она резко вздохнула, будто всхлипнула.

— Тихо-тихо, никто ни за кем не придет, слышишь? — я взял ее за плечи и легонько встряхнул. — Нам придется немного повозиться, но все будет хорошо, поняла?

Она кивнула. Шмыгнула носом. Вытерла глаза и сжала зубы.

— Я готова, Саша, что нужно делать? — в глазах вспыхнула решимость.

— Для начала давай натянем на него штаны, — сказал я.

Чтобы привести его в относительный порядок, нам пришлось повозиться. Потом я взял его китель и натянул на себя. Фуражку тоже. Сунул за пояс «вальтер». Надеюсь, не пригодится, но на всякий случай пусть будет. Ох, надеюсь, мальчуган не очнется пока нас нет, и не поднимет крик.

Взвалил мертвое тело себе на плечо, кивнул на дверь и прижал палец к губам. В доме все уже давно спали, коридор был погружен в законопослушную тьму. Стараясь не шуметь, мы выбрались на улицу. Со стороны борделя слышался развеселый шум, смеялись девицы, пиликала губная гармошка. Расслабляются, оккупанты хреновы. Время позднее, значит есть шанс, что поднабрались они уже порядком. Я поставил мертвого фрица вертикально и закинул его руку себе на плечо.