Признаться, хорошо, что я его не увидела первым. Не узнала бы!
— Не переживай, — благосклонно кивнул он мне глазами. — Тебе я волосы тоже отрезал, пока ты дрыхла.
— ЧТО⁈
Я тут же в ужасе попыталась нащупать волосы здоровой рукой, а Сандро громко рассмеялся с того, что я так легко купилась.
— Вики, у тебя тоже волосы обгорели, — виновато посмотрела на меня Летти и тут же поспешила подбодрить меня. — Но мы можем их нарастить или сделать модную стрижку. А давай и цвет заодно сменим? Сделаем тебе новый имидж и снимем рекламу в новом амплуа! Я тут недавно видела такие интересные варианты…
— Так, все, Летти, брысь отсюда… — оборвал ее Сандро. — Нам тоже нужно поговорить.
Сандро решительно указал кузине на дверь и медленно подкатил к моей кровати.
Слабость не позволяла мне встать, но я была рада тому, что он сумел пересесть на край моей кровати. Некоторое время мы молча смотрели друг на друга, словно давали каждому время познакомиться заново.
Непривычно было видеть его лысым и без мягкой, густой поросли на щеках. Лицо теперь казалось овальным, черты лица более мягкими, а карие глаза под черными бровями стали еще более необыкновенно темными.
— Прости…
Случайно вышло так, что мы сказали это одновременно и сами по себе губы расплылись в смущенной улыбке. Я уже открыла рот, но поймав взгляд Сандро, решила уступить ему право говорить первым.
— На самом деле я очень виноват, — искренне сказал он. — Я не заботился о тебе как надо и не думал о том, каково тебе рядом со мной. Прости, что я из-за собственного эгоизма позволил тебя довести до такого состояния…
Больно слышать, как близкий человек винит себя. В горле снова стало так сухо, что я и слова не могла сказать и слушала его, чувствуя, как сердце обливается кровью.
— Мне больно видеть тебя больнице… Огнем горит все внутри из-за того, что тебе плохо и сердце разрывается от мысли, что я могу тебя потерять.
Протянув ко мне левую руку, он осторожно погладил меня по щеке и, глядя в глаза, шепотом сказал.
— Вики, я обещаю, что я буду заботиться о тебе. Может быть в начале у меня будет плохо получаться, но я буду стараться… Даю слово, любимая.
Приподняться на постели было и больно, и тяжело, но всей душой я тянулась к нему, чтобы обнять за шею так крепко, как только позволяет одна более менее здоровая рука. Слезы сами по сами наворачивались на глаза, а сердце невыносимо болело из-за понимания, насколько же ему было плохо.
— Я тоже буду о тебе заботиться, любимый. Обещаю… — всхлипнув с трудом произнесла я. — Прости, что тебе снова пришлось из-за меня пострадать, что разругалась с твоими родными и с тобой…