— Подойди ближе, — Томпсон указал на пространство перед своим столом. — Дай посмотреть на тебя.

Я прошел между рядами столов. Шаги гулко отдавались на деревянном полу.

Остальные агенты наблюдали. Никто не улыбался. Оценивали новичка.

Я остановился в трех футах от Томпсона. Держал портфель в левой руке, спина прямая, плечи расправлены. Армейская выправка Митчелла сработала автоматически.

Томпсон медленно обошел меня. Сначала справа, потом слева. Изучал как скаковую лошадь на аукционе.

— В Квантико написали, что ты неплохо стрелял, — произнес он, останавливаясь передо мной снова. — Восемьдесят семь баллов из ста на квалификации. Физическая подготовка выше средней. Тактическая подготовка удовлетворительная. Юриспруденция хорошо. Криминалистика посредственно. — Он сделал паузу. — Армия. Вьетнам. Пурпурное сердце. Это плюс. Значит, не ссышься под огнем.

За спиной кто-то кашлянул.

— Но здесь не джунгли, Митчелл. Здесь бумажная работа. Допросы. Наблюдения. Судебные заседания. Скучно до зубного скрежета. Думаешь, выдержишь?

— Выдержу, сэр.

— Похвальная уверенность. Проверим. — Томпсон повернулся к остальным. — Паркер, поди сюда.

Дэйв поднялся из-за стола у окна. На нем темно-коричневый костюм, горчичного цвета галстук. Подошел, встал рядом со мной, бросил быстрый взгляд, ободряющий.

— Паркер покажет тебе рабочее место, — сказал Томпсон. — Познакомит с остальными. Объяснит процедуры. У тебя есть неделя, чтобы влиться. Не влился, отправишься обратно в Квантико инструктором по физподготовке. Понял?

— Понял, сэр.

— Отлично. Еще одно. — Томпсон наклонился ближе. Запах табака и мятных леденцов. — Директор Гувер умер месяц назад. Сейчас переходный период. Всякие реформаторы лезут со своими новыми идеями. Компьютеры, психология, научный подход. — Он произнес последние слова с заметным презрением. — Я здесь тридцать два года. Видел, как приходят и уходят модные теории. Работает простое: хорошие агенты, хорошая работа на местах, хорошие источники. Все остальное мишура. Запомни это.

— Запомню, сэр.

— Ступайте, — Томпсон махнул рукой, отпуская нас.

Дэйв кивнул мне и направился к дальнему углу комнаты. Я последовал за ним.

Мы прошли мимо первого ряда столов. Агент лет сорока, лысеющий, с пышными бакенбардами, смотрел на меня поверх газеты. Washington Post, заголовок: «Переговоры по ОСВ-2 продолжаются в Женеве». Он сложил газету, когда мы поравнялись.

— Новенький после аварии? — спросил он Дэйва, игнорируя меня.

— Да. Итан Митчелл, агент Фрэнк Моррис, — представил Дэйв.

Моррис протянул руку. Рукопожатие крепкое, костяшки грубые. Ладонь мозолистая.