Деревянная лопатка прошла ткань, плоть и кости с натугой — все-таки не клинок, форма не та. Но со своей задачей справилась. Не сломалась, даже не хрустнула и добралась до самого сердца.

Пламя вокруг рук капитана мигнуло и пропало. Сам он замер, будто наколотый на иголку кузнечик, неверяще глядя на своего убийцу.

— А понтов-то было!

Чтобы не брызнула кровь, он оставил оружие в ране. Отступил на шаг. Смирнов еще пару секунд постоял, после чего безжизненно повалился на пол. А еще через несколько секунд, его тело словно бы начало тлеть. Без огня, без дыма, проваливаясь в себя и превращаясь в черный пепел.

— Твою же мать! — Костя на всякий случай отступил, глядя, как мертвое тело становится золой. На все это действо ушло меньше минуты. — Кто же вы такие, парни? И кто вас в бой ведет?

Жизнь ему уже приходилось отнимать и раньше, так что каких-то угрызений совести он не испытывал. Но это было давно. И не в таком близком контакте — грудь на грудь. Реального ножевого боя, если подумать, у него вообще никогда не было. А эмоций — ноль! Костя мимолетно удивился тому, насколько холодны и спокойны его мысли: ряженные менты хотели его убить — он сделал это первым. А с учетом того, что Смирнов сдох, превратившись в пепел, даже от трупа не придется избавляться.

Но все равно, как-то просто он к убийству отнесся. Как обычному делу, вроде чистки картошки.

— Просто отходняк, — решил он не забивать этим голову.

Аккуратно переступил через останки капитана — его одежда тоже стала пеплом, и склонился над все еще лежащим без сознания Гизборном. Быстро его обыскал. Обнаружил стандартный по современным мерка набор предметов: бумажник, телефон, связку ключей с брелком от машины. «Мерин», кстати! Кучеряво живем, стражи закона!

Ну и удостоверение. Оглушенный действительно оказался полицейским. Старшим лейтенантом полиции Гизборном Артемом Сергеевичем. Смирнов, похоже, тоже был настоящим.

— С-сука! — не удержался от ругательства Волков.

Одно дело отбиться от каких-то залетных мужиков и совсем другое — завалить действующего сотрудника внутренних органов. Хоть бы он и странный был. Плохо! Очень плохо!

— Ладно, причитать будем потом, — строго сказал он себе. — А пока попытаемся разобраться, что за дичь тут твориться.

С этими словами, он выдернул из розетки удлинитель, к которому был подключен холодильник, связал им руки Гизборна за спиной, напоследок еще и напитав провод «силой». Шесть минут с этими путами мало что может справится. Костя на это очень надеялся.

Только после этого он несколькими легкими пощечинами привел пленника в чувство. Тот с минуту тупил — кружка не только оглушила, но и рассекла ему скальп, залив глаза кровью. А когда понял, что роли поменялись, сразу же начал наезжать.