Бурно переговаривающиеся и хохочущие воины следовали за мной. Мы шли домой. К родному поселению, к высокой защитной стене, на которую высыпал встречающий нас народ.

Еще одна битва завершена.

Еще одна небольшая победа, доставшаяся нам большой кровью.

Но впереди нас ожидают далеко не мир и благополучие. Нас ждут очередные невзгоды, и лишь неистребимая надежда изгоев помогает нам преодолевать одну беду за другой, всячески доказывая свое право на жизнь в суровых Диких Землях…

Мое появление в родном поселении поразило всех без исключения. До самой глубины души. Еще бы. В военный поход отправлялось страшное заледеневшее чудовище с пучком ужасных смертоносных щупалец, а вернулся совершенно обычный на вид человек, с нормальным человеческим и уже несколько позабытым лицом. Их господин стал прежним. Во всяком случае внешне.

И посему меня провожали десятки взглядов, когда я сошел с платформы поднявшегося подъемника, прошел по стене и спустился по натужно скрипящей лестнице во внутренний двор. Коротко кивнув застывшим от изумления и смотрящим на меня воинам с луками, направляясь прямиком к старому священнику, все так же сидящему у костра, до самого носа закутавшись в одеяло.

На моем пути встал уже виденный мною юноша с седыми волосами, плотно сжавший губы, набычившийся, всем своим видом показывающий непреклонность.

— Святой отец не… — не став слушать, коротким движением руки я избавился от помехи на своем пути. Седоволосый парень отлетел на несколько шагов, не удержался на ногах, упав на мокрую землю. Подскочил было, но тут ему на спину опустился тяжелый и грязный сапог Рикара, здоровяк яростно зашипел как взбешенная ядовитая змея:

— Кому дорогу закрывать вздумал, склирс⁈ Кем возомнил себя⁈ — двуручный топор покрытый коркой запекшейся крови опустился к самому лицу вдавленного в грязь юноши.

Не обращая внимания на него и тем паче на изумленный гул голосов и перешептывание людей, никак не могущих оторваться от моего преобразившегося лица пораженные взоры, я устало опустился на бревно, под аккомпанемент заскрежетавших доспехов. Коротким знаком подозвал к себе хозяйственника Тезку, так же принимавшего участие в недавней атаке на шурдский лагерь и получившего легкое ранение в ладонь, сейчас туго перемотанную окровавленной повязкой. Позвал я его по простой причине — к моменту нападения летающей нежити на поселение, Тезка был здесь и наверняка все видел, запомнив все до мельчайшей подробности. Отца Флатиса я тревожить пока не стал, давая ему время собраться с мыслями и вглядеться в меня суровым взором священника. Старик кашлянув, поплотней закутался в одеяло и тихо произнес, обращаясь к продолжающему рычать здоровяку: